К юбилею со дня рождения Бобби Фишера вспоминаем других "сумасшедших" шахматистов из США
Бобби Фишер известен тем, что стал чемпионом мира, обыграв советского шахматиста Бориса Спасского в 1972 году.
Он не раз удивлял странными заявлениями. На последних международных соревнованиях потребовал от организаторов... приподнять на несколько сантиметров унитаз в уборной номера. Американец считал, что и в этом должен стоять выше конкурентов.
В 2001 году, когда в результате террористической атаки пали башни-близнецы в Нью-Йорке, Фишер позвонил на радио и заявил следующее: "Это великая новость. Я хочу стать свидетелем того, как Америка исчезает с карты мира".
Фишер был не единственным американским гением с психологическими проблемами.
Пол Морфи
До сих пор считается, что одним из лучших шахматистов в истории был Морфи. Когда ему было 9, он сидел возле дяди и отца, которые играли в шахматы. Они согласились на ничью. Внезапно мальчик сказал: "Дядя, ты должен был победить. Надо было ставить шах ладьей, остальное несложно".
В интервью La Regence дядя Пола Эрнест утверждал, что племянник никогда не держал в руках шахматный учебник. "Когда он сидит перед доской, его лицо не выдает волнения даже в самых критических положениях; в таких случаях он обычно насвистывает и терпеливо ищет комбинацию, которая вытащит его из беды", – вспоминал Эрнест.
Морфи жил в XIX веке – тогда лучшие выступали в Европе, поэтому, когда игрок из США приехал на континент и разбил сильнейших, включая немца Адольфа Андерсена, это сочли невероятным.
На пике славы Морфи вернулся домой и... бросил шахматы. Он занялся семейным делом, в чем не преуспел. После этого его жизнь пошла по наклонной.
“К 10 июля 1884 года, когда Морфи сразил инсульт, все воспринимали его странным человеком. Его видели в Новом Орлеане, на улице Canal, – писала для Smithsonian Magazine эксперт Карен Эббот. – Это был маленький человечек в мешковатом костюме и пенсне, бормотавший что-то себе под нос. Он был тщеславным, размахивал тростью перед прохожими. Если ему нравилась женщина, он часами следовал за ней. Он жил в страхе быть отравленным, ел только пищу, которую готовили его мать или сестра, и верил, что цирюльники сговорились перерезать ему горло. Семья пыталась упечь его в психушку, но он доказывал свою вменяемость".
Вильгельм Стейниц
В 1886 году Стейниц обыграл Иоганна Цукерторта и стал первым чемпионом мира. К тому времени Вильгельм был известным игроком, его теоретические учения произвели революцию, он заложил основы современной игры.
Он неоднократно защищал титул, в том числе в матчах против россиянина Михаила Чигорина. Лишь в 1894 году 58-летний чемпион отдал корону немцу Эмануэлю Ласкеру.
К тому времени его ментальное здоровье было разрушено. Испытывая тяжелое финансовое положение, Стейниц приехал в Москву, где рассчитывал заработать на сеансах одновременной игры. Шахматиста поселили в гостинице, где с ним в номере находилась стенографистка.
Как писала газета New York Times в 1896 и 1900 годах, в России Стейницу передали нечто, похожее на серебряную табакерку, и сказали, что это новый вид телефонной связи. Он взял ее в комнату и думал, что общается с сыном, который мог слышать его в Америке. Стенографистка заметила, как Стейниц общался с невидимым собеседником, и вскоре его забрали в психиатрическую лечебницу. После этого он лежал в различных подобных клиниках.
В некрологе Стейница написано: "Он экспериментировал со своим беспроводным телефоном. Его теория заключалась в том, что он мог при помощи одной силы воли передавать слова на любое расстояние. Он часами мог стоять в своей комнате, пытаясь "дозвониться" разным людям в Европе".
Гарри Пильсбери
Гарри Пильсбери.
скриншот с канала Historical Chess Videos на YouTube
В 20 лет Пильсбери разбил в микроматче Стейница, давшего ему фору. Через два года, в 1895 году, он отправился на турнир в Гастингс, где сенсационно занял первое место, опередив шахматного короля Эмануэла Ласкера, бывшего чемпиона Стейница, сильных Чигорина, Зигберта Тарраша, Карла Шлехтера и Давида Яновского. Шахматы Пильсбери отличали динамизм, напористость. Он проводил впечатляющие сеансы игры вслепую.
Вскоре после Гастингса Пильсбери отправился в Петербург, где некоторое время лидировал в битве против Чигорина, Ласкера и Стейница. Но вдруг что-то в нем надломилось. Он начал играть неровно, здоровье стало шалить – и о человеке, которого видели будущим чемпионом мира, начали забывать.
1 апреля 1905 года в газете Philadelphia Inquirer появилась статья о странном поведении шахматиста. "Чемпион Америки Пильсбери временно лишился рассудка в Пресвитерианской больнице. Все началось с того, что его врач вошел в палату и обнаружил, что пациент переодевается. Тот объяснил, что его друг давал бал в отеле неподалеку и он пообещал жене, что отвезет ее туда. Врач понял, что мысли пациента где-то блуждают, и уговорил его отказаться от идеи посещения несуществующего бала. Он разделся, вернулся в постель, но вскоре сказал медсестре, что "горит" из-за того, что нет воды. (...) Она принесла ему стакан, и шахматист пожаловался, что в воде много "странных существ". Лишь супруга шахматиста привела его в чувство, не дав спрыгнуть с 4-го этажа. Вскоре после этого Пильсбери умер.
В некрологе Ласкер писал, что виной ментального краха Стейница и Пильсбери стала напряженная игра в шахматы, которая действовала на них разрушительно. Впоследствии выяснилось, что Пильсбери заразился сифилисом, когда был в Петербурге, и именно эта болезнь сделала его невменяемым. Об этом писал журналист Джереми Крейг в каталоге USA Chess Personalia, отмечая, что об этом якобы рассказывал сам Пильсбери.
Он не раз удивлял странными заявлениями. На последних международных соревнованиях потребовал от организаторов... приподнять на несколько сантиметров унитаз в уборной номера. Американец считал, что и в этом должен стоять выше конкурентов.
В 2001 году, когда в результате террористической атаки пали башни-близнецы в Нью-Йорке, Фишер позвонил на радио и заявил следующее: "Это великая новость. Я хочу стать свидетелем того, как Америка исчезает с карты мира".
Фишер был не единственным американским гением с психологическими проблемами.
Пол Морфи
До сих пор считается, что одним из лучших шахматистов в истории был Морфи. Когда ему было 9, он сидел возле дяди и отца, которые играли в шахматы. Они согласились на ничью. Внезапно мальчик сказал: "Дядя, ты должен был победить. Надо было ставить шах ладьей, остальное несложно".
В интервью La Regence дядя Пола Эрнест утверждал, что племянник никогда не держал в руках шахматный учебник. "Когда он сидит перед доской, его лицо не выдает волнения даже в самых критических положениях; в таких случаях он обычно насвистывает и терпеливо ищет комбинацию, которая вытащит его из беды", – вспоминал Эрнест.
Морфи жил в XIX веке – тогда лучшие выступали в Европе, поэтому, когда игрок из США приехал на континент и разбил сильнейших, включая немца Адольфа Андерсена, это сочли невероятным.
На пике славы Морфи вернулся домой и... бросил шахматы. Он занялся семейным делом, в чем не преуспел. После этого его жизнь пошла по наклонной.
“К 10 июля 1884 года, когда Морфи сразил инсульт, все воспринимали его странным человеком. Его видели в Новом Орлеане, на улице Canal, – писала для Smithsonian Magazine эксперт Карен Эббот. – Это был маленький человечек в мешковатом костюме и пенсне, бормотавший что-то себе под нос. Он был тщеславным, размахивал тростью перед прохожими. Если ему нравилась женщина, он часами следовал за ней. Он жил в страхе быть отравленным, ел только пищу, которую готовили его мать или сестра, и верил, что цирюльники сговорились перерезать ему горло. Семья пыталась упечь его в психушку, но он доказывал свою вменяемость".
Вильгельм Стейниц
В 1886 году Стейниц обыграл Иоганна Цукерторта и стал первым чемпионом мира. К тому времени Вильгельм был известным игроком, его теоретические учения произвели революцию, он заложил основы современной игры.
Он неоднократно защищал титул, в том числе в матчах против россиянина Михаила Чигорина. Лишь в 1894 году 58-летний чемпион отдал корону немцу Эмануэлю Ласкеру.
К тому времени его ментальное здоровье было разрушено. Испытывая тяжелое финансовое положение, Стейниц приехал в Москву, где рассчитывал заработать на сеансах одновременной игры. Шахматиста поселили в гостинице, где с ним в номере находилась стенографистка.
Как писала газета New York Times в 1896 и 1900 годах, в России Стейницу передали нечто, похожее на серебряную табакерку, и сказали, что это новый вид телефонной связи. Он взял ее в комнату и думал, что общается с сыном, который мог слышать его в Америке. Стенографистка заметила, как Стейниц общался с невидимым собеседником, и вскоре его забрали в психиатрическую лечебницу. После этого он лежал в различных подобных клиниках.
В некрологе Стейница написано: "Он экспериментировал со своим беспроводным телефоном. Его теория заключалась в том, что он мог при помощи одной силы воли передавать слова на любое расстояние. Он часами мог стоять в своей комнате, пытаясь "дозвониться" разным людям в Европе".
Гарри Пильсбери
Гарри Пильсбери.
скриншот с канала Historical Chess Videos на YouTube
В 20 лет Пильсбери разбил в микроматче Стейница, давшего ему фору. Через два года, в 1895 году, он отправился на турнир в Гастингс, где сенсационно занял первое место, опередив шахматного короля Эмануэла Ласкера, бывшего чемпиона Стейница, сильных Чигорина, Зигберта Тарраша, Карла Шлехтера и Давида Яновского. Шахматы Пильсбери отличали динамизм, напористость. Он проводил впечатляющие сеансы игры вслепую.
Вскоре после Гастингса Пильсбери отправился в Петербург, где некоторое время лидировал в битве против Чигорина, Ласкера и Стейница. Но вдруг что-то в нем надломилось. Он начал играть неровно, здоровье стало шалить – и о человеке, которого видели будущим чемпионом мира, начали забывать.
1 апреля 1905 года в газете Philadelphia Inquirer появилась статья о странном поведении шахматиста. "Чемпион Америки Пильсбери временно лишился рассудка в Пресвитерианской больнице. Все началось с того, что его врач вошел в палату и обнаружил, что пациент переодевается. Тот объяснил, что его друг давал бал в отеле неподалеку и он пообещал жене, что отвезет ее туда. Врач понял, что мысли пациента где-то блуждают, и уговорил его отказаться от идеи посещения несуществующего бала. Он разделся, вернулся в постель, но вскоре сказал медсестре, что "горит" из-за того, что нет воды. (...) Она принесла ему стакан, и шахматист пожаловался, что в воде много "странных существ". Лишь супруга шахматиста привела его в чувство, не дав спрыгнуть с 4-го этажа. Вскоре после этого Пильсбери умер.
В некрологе Ласкер писал, что виной ментального краха Стейница и Пильсбери стала напряженная игра в шахматы, которая действовала на них разрушительно. Впоследствии выяснилось, что Пильсбери заразился сифилисом, когда был в Петербурге, и именно эта болезнь сделала его невменяемым. Об этом писал журналист Джереми Крейг в каталоге USA Chess Personalia, отмечая, что об этом якобы рассказывал сам Пильсбери.