Мой мужчина
Сидели на кухне с мамой и пили чай. Отец был в ночной смене, брат и пятилетние сестры - близняшки спали.
- Учебу мы не потянем, дочь. Думай. какую профессию выбрать: повара, может на ногтевой сервис, а может – парикмахера? Уж извини, так складываются обстоятельства.
- Понимаю, мам, - ответила я.
- В лучшем случае – на заочный и работать. – Маме неприятно это было говорить. Училась я хорошо, и в случае поступления, перспектива светила неплохая, но ситуацию я четко понимала, как понимала и многое, что еще.
Соседки-старушки считали меня долговязой и бесцветной (однажды слышала разговор), но я –то знала, что это не так. Натуральная блондинка, с большими серыми глазами, рост сто семьдесят, длинные ноги – чуть подкрасить глаза, чего я пока не делала – и модель!
Валера Костомаров, отличник и ухажер с пятого класса, с которым я слегка поддруживала, обещал, что лет через десять у него будет все, но десять лет ждать я не хотела. Да и умом понимала, что десять лет для женщины – много. Здесь и сейчас – такой девиз я взяла за основу.
Прошла кастинг в дорогой магазин мужской одежды. Тщательно подготовилась: заплела волосы в красивую косу набок, надела узкую юбку до колена, и почти совпала с дресс-кодом. Элегантно и дорого. Так это выглядело, хотя юбку мне сшила мама.
Вышла на работу. Быстро разобралась в брендах и ассортименте, хозяйка – полная армянка, не могла нарадоваться. Ей нужно было именно такое лицо для своего бутика.
Работа оказалась несложной. Покупателей было не много, но это были мужчины, которые денег не считали. И очень скоро я нашла претендента. Вернее, это был первый достойный мужчина, которой обратил на меня внимание.
Ему нужен был галстук, я помогла с выбором и он ушел. Но предчувствие подсказало, что он вернется.
И, действительно, вечером он меня ждал.
Мужчина, лет тридцати двух. Крепкий, чуть выше среднего роста, низкий голос. Интересный как внешне, так и внутренне, я сразу это почувствовала. Говорил негромко, без властности, но уверенно и с пониманием того, о чем говорит. Мужская харизма вырисовывалась четко.
Пригласил на ужин. Согласилась.
Очень дорогое заведение, почти пустое, услужливый персонал, живая музыка. В таком ресторане я была впервые.
Разговор вел, в основном, он. Я старалась соответствовать. Рассказал, что любит рыбалку и охоту и мечтал бы найти спутницу, которая любит подобный вид отдыха. Я ответила, что никогда не бывала на подобных мероприятиях, но почувствовать атмосферу было бы интересно. Он внимательно посмотрел на меня и спросил, читаю ли я книги.
Меня, как и большинство молодежи, это не интересовало. Можно было отболтаться чем-то из школьной программы, но я не стала этого делать, а спросила:
- А что читаете вы?
Он перечислил несколько авторов, совершенно мне незнакомых и перевел разговор на другую тему.
Подвез до дому и попрощался. Никаких намеков на продолжение отношений, не сделал.
Несколько вечеров я посвятила чтению: прочитала по книге от Мураками, Ремарка, Пелевина. Прочитала и о каждом писателе, чтобы быть в теме при случае.
Очень хотелось продолжения отношений, но он не появлялся.
- Что ж, - подумала я,- по крайней мере, сходила в приличный ресторан и несколько интересных книг прочитала. Беседу смогу в этом направлении поддержать.
Однако он объявился. Через две недели. Опять ждал меня после работы, что приятно удивило.
За беседой в ресторане я поделилась, как школьница, прочитанным, он сдержанно улыбнулся и сказал, что я перспективная.
В тот вечер он сказал, когда мы сели в машину:
- Хочешь посмотреть мой дом?
- Так он еще и не женат, - сделала я выводы.
Будто прочтя мои мысли, он ответил:
- Я разведен. У меня два сына. В ближайшие годы жениться не собираюсь.
Я сделала вид, что не удивлена, хотя своей жизненной программой он меня и озадачил и жестко указал рамки.
Дом был огромным, но неухоженным и запущенным.
- Я тут редко бываю, поэтому прислуга – приходящая, раз в неделю. – Сказал он.
Вячеслав Сергеевич, Слава, так я его стала называть не очень скоро, всегда был сдержан, уверен в себе и на своей волне. Он не хотел казаться хуже или лучше, ничего лишнего не обещал, но те рамки, которые он мне обозначил, были вполне приемлемы.
Когда мы стали близки, а это произошло именно в тот день, когда я попала в его дом, он, проводив меня, предложил:
- Переезжай ко мне. И – иди учиться. В любой ВУЗ. Я оплачу. Видишь ли, я целыми днями на работе, ты же должна чем-то заниматься, и развиваться.
…Был сложный разговор с мамой. Узнав, сколько моему мужчине лет (а ему оказалось все сорок, а не тридцать два, как я сначала подумала), мама впала в ступор.
Часть 2.
- Зачем тебе это, дочка? Он же возраста отца!?! Ты, что, продаешь свою молодость?
- Мама, я все решила, - твердо ответила я,- добьюсь и стану его женой. Ну, а не стану, хоть выучусь за его счет. И, кроме того, он мне нравится, мама! Он мне интересен!
- И что я отцу скажу? Ведь, знакомить с ним, я так понимаю, ты не намерена?
- Нет. И это зависит не от меня.
Что уж мама сказала отцу, не знаю, но при встречах он с такой болью смотрел на меня, что я старалась как можно реже бывать в семье, хотя регулярно возила полные сумки деликатесов и вещей для брата и сестренок – того, чего позволить себе они не могли.
ВУЗ я выбрала по профилю Вячеслава, с тайной надеждой, что когда-нибудь буду работать в его фирме.
Время шло, я уже изучила много чего и про охоту и про рыбалку, и прочла уйму умных книг, но так и не была введена в круг его общения. Он относился ко мне со сдержанной симпатией и уважением, но не более.
Через год, я, выбрав момент, попросила взять меня на любимый им отдых, пообещав, что ни в чем, стеснять его не буду, просто мне это интересно. Он ответил, что подумает.
Ответил лишь через неделю. Сказал, что возьмет на рыбалку в устье Волги, в Астраханскую область. Предупредил, что это будет чисто мужская компания.
Радости моей не было предела! Наконец-то, маленький шажок вперед!
Летели на частном самолете. Как мне показалось, я вела себя блестяще – ни во что не лезла, но изредка очень грамотно участвовала в разговорах. Вскоре я стала фанатом рыбалки, и эту часть отдыха моего мужчины я честно заслужила.
Охота, на которую Слава позвал меня через год, мне не понравилась. Компания была та же, летели на частном самолете куда-то за Урал, жили в глуши на каком-то кордоне. Как всегда, я подготовилась теоретически блестяще, но практика оказалась слишком кровавой и жестокой. Первая же подстреленная птица вызвала у меня бурную реакцию отторжения.
Все дни я провела в доме с хозяйкой. Готовила мужчинам еду и когда они, довольные, возбужденные и похожие на первобытное племя, возвращались домой, их ждала вкусная пища.
Тем не менее, я ездила. В эти дни мы были близки как никогда и мне это нравилось.
По окончании института я надеялась, что Слава возьмет меня к себе на работу. Это оказалось жесткой ошибкой. Я получила твердый отказ, мотивированный тем, что в фирме работает сын от первого брака, а скоро будет работать и второй.
Моё место в его жизни было четко обозначено, и, когда я замахнулась на большее, получила в соответствии со своим статусом…
Замуж не звал, детей от меня не хотел. Относился хорошо, и даже нежность проявлял. Был абсолютно не жаден, я имела все и даже больше, но неудовлетворенность от зыбкости положения росла.
На свой страх и риск решила забеременеть. Через несколько месяцев обозначился результат.
Волнуясь, сказала ему об этом. Это произошло за завтраком. Он побледнел, и, не выпив кофе, пошел на выход, в дверях обернулся и сказал:
- Нет! Я тебя предупреждал! Аборт!
Я вцепилась в него и заплакала.
- Я буду прекрасной мамой! Я хочу этого ребенка! Пожалуйста!
- Нет, - Жестко ответил он, отодрал мои руки от себя и вышел.
Несколько дней мы не общались. Наконец, он спросил о моем решении. Я твердо ответила, что буду рожать.
Этим же вечером мне было сообщено, что, на мое имя куплена квартира и открыт счет.
… Все! Договор закончен. Наверное, надо было бы радоваться. Имею деньги, образование, жилье. Могу избавиться от ребенка и жить, как хочу. Только мощный природный инстинкт приказал: Рожай!
Родила сына. Ванечку. Растворилась в нем. Каждая мелочь, связанная с ним, радовала. Вот он несмело взял грудь, почмокал губами, лизнул и жадно вцепился в неё. Вот впервые сфокусировал взгляд на мне и улыбнулся совершенно осмысленно. Вот первый раз самостоятельно поднял головку, вот, пополз, вот сделал первый шаг… Радость, умиление, гордость! Любовь! Святая, материнская.
…Именно когда мы делали первые шажки, на детской площадке возле дома, появился Вячеслав.
Сел рядом на скамейке. Наблюдал за ребенком, потом подошел и присел на корточки перед ним. Ванюшка, деловито, надув щеки, поднял пухленькую, в перевязках, руку и провел отцу по лицу. Тот подхватил его на руки и долго ходил с ним по площадке, разговаривая.
- Завтра едем в ЗАГС. Я оформляю Ваню на свое имя, - сказал Слава, - и – переезжай.
- Сына оформить имеешь право. Переезжать не буду. Я тебе не собачка – приманил, отвадил.
Возможно, если бы он приложил чуть больше усилий, я бы и согласилась. Но настаивать он не стал.
Часть 3.
Теперь он приезжал часто. Мы снова стали близки. Снова ездила с ним на рыбалку – на это время малышу нанимали няню.
Не работала. Обеспечена была хорошо, к тому же водила Ванечку во всевозможные кружки: английский, шахматы, дзюдо. Много ездила с ним по миру. Помогала родителям. Отец, благодаря «фонду имени Вячеслава» открыл шиномонтаж, о котором мечтал, и семья улучшила материальное положение.
…Виделись мы нечасто, и, в какой-то момент я расчетливо испугалась, что скоро Ванечка подрастет, и Вячеслав отправит его учиться куда-нибудь заграницу (он поговаривал об этом) и я останусь без средств к существованию. Прагматизм, на котором и были построены отношения, заставил искать какой-то выход из положения.
На очередной день рождения – мне исполнилось тридцать, пригласила его на ужин при свечах. Ванечку отправила к бабушке с дедушкой.
Околдовала заботой и природной манкостью. Был сказочный вечер любви, результатом которой стала новая беременность.
В это раз ничего говорить ему не стала. Поскольку виделись мы редко, когда в очередной раз он остался у меня, живот было уже не скрыть. Да я и не пыталась, просто поставила его перед фактом.
Когда родила (опять сына – Владислава), он снова предложил жить вместе. Я снова отказалась.
Приходить стал чаще. Подолгу возился с младшеньким, вывозил на прогулки в коляске. Общался со старшим.
Дети росли красавцами. Были воспитанными и разносторонне развитыми. Он искренне их любил и гордился ими.
…Владик должен был пойти в первый класс. Мы провожали его вместе. Когда, после линейки, их завели в класс, Слава предложил посидеть в школьном дворе.
- Я уезжаю, - сказал он, - Надолго. Возможно, месяцев на пять – шесть. Потихоньку отхожу от дел. Сына старшего оставляю за себя.
- Далеко, если не секрет? – Спросила я.
- На Сафари, в Африку, - усмехнулся он.
Я пожала плечами: хозяин-барин. Давно привыкла жить одна.
- Давай распишемся, - вдруг предложил он.
- Слава, если ты раньше этого не сделал, то сейчас – зачем? – спросила я прямо.
Он пожал плечами и ничего не ответил.
Уехал. Всегда знающая, что Слава где-то рядом, загрустила. Даже ревновала: а вдруг он кого-то взял в попутчицы? Хотя, зачем тогда замуж позвал?
Деньгами я обижена не была, жизнь протекала ровно и без эксцессов. Я по-прежнему была красива и ухожена, но никаких романов даже не пыталась заводить, хотя фригидной себя не считала. Меня все устраивало. Почти взрослый Ванюшка – умный и целеустремленный парень. Любознательный и открытый Владик. Я люблю их, они – меня. Родители и близкие под боком, много разных интересов, все здоровы – всё прекрасно!
Только грустила иногда. По Славе. Он исчез с горизонта и никак себя не проявлял. Телефон был отключен.
Он объявился неожиданно. Загорелый, красивый, нестареющий, Вячеслав, с кучей подарков и сувениров, явился в дом.
Я смотрела, как рады ему дети, как рад он сам всех видеть, с какой нежностью смотрит на меня…
Накрыла стол. Отметили приезд. Долго, по-семейному, общались Дети разошлись по своим комнатам, а Слава вдруг положил свою руку на мою.
- У меня рак. Предлагаю расписаться.
Я подавилась слюной. Не дав мне опомниться, он сказал:
- С того момента, как мы познакомились, у меня была только одна женщина – ты. Но я боялся. Боялся нашей разницы в возрасте. Твоей меркантильности – иначе, зачем я тебе сдался – на двадцать два года старше? Молодого бы нашла со своими внешними данными.
- Первая жена доверие к женскому полу подорвала. Когда ты сказала о беременности, я понял, что ты устала ждать и притворяться хорошей…. Сейчас мне плевать. Я просто хочу быть с тобой. До конца. Ещё и материальный вопрос: хочу, чтобы ты жила в нашем доме, и он остался бы нашим с тобой сыновьям. Старших сыновей я тоже не забыл. Всех люблю, счастлив в этом вопросе, вопреки всему.
Он замолчал.
- Зачем же ты поехал на сафари, если тебе надо было лечиться?
- Я лечился. В Швейцарии. Там и загорел. В горах. Результат: пятьдесят на пятьдесят.
В этот момент я поняла, что люблю этого человека.
- Знаешь, ты прав. Я сошлась с тобой из меркантильных соображений – хотела хорошей жизни и для себя и для детей.
Но такого человека, как ты, на протяжении всей жизни, не встретила. Сначала я даже не задумывалась, почему я не смотрю на других мужиков? А ведь не было лучше, умнее, порядочнее, чем ты. И, так оказалось, что в моей жизни единственный мужчина –ты! И я по-настоящему люблю тебя. Ты будешь жить долго – верю! И мы, твоя семья, будем рядом!
Мы обнялись. Я плакала. Плакал он. Сильный, умный, достойный человек. Мой мужчина….
Автор Ирина Сычева.
- Учебу мы не потянем, дочь. Думай. какую профессию выбрать: повара, может на ногтевой сервис, а может – парикмахера? Уж извини, так складываются обстоятельства.
- Понимаю, мам, - ответила я.
- В лучшем случае – на заочный и работать. – Маме неприятно это было говорить. Училась я хорошо, и в случае поступления, перспектива светила неплохая, но ситуацию я четко понимала, как понимала и многое, что еще.
Соседки-старушки считали меня долговязой и бесцветной (однажды слышала разговор), но я –то знала, что это не так. Натуральная блондинка, с большими серыми глазами, рост сто семьдесят, длинные ноги – чуть подкрасить глаза, чего я пока не делала – и модель!
Валера Костомаров, отличник и ухажер с пятого класса, с которым я слегка поддруживала, обещал, что лет через десять у него будет все, но десять лет ждать я не хотела. Да и умом понимала, что десять лет для женщины – много. Здесь и сейчас – такой девиз я взяла за основу.
Прошла кастинг в дорогой магазин мужской одежды. Тщательно подготовилась: заплела волосы в красивую косу набок, надела узкую юбку до колена, и почти совпала с дресс-кодом. Элегантно и дорого. Так это выглядело, хотя юбку мне сшила мама.
Вышла на работу. Быстро разобралась в брендах и ассортименте, хозяйка – полная армянка, не могла нарадоваться. Ей нужно было именно такое лицо для своего бутика.
Работа оказалась несложной. Покупателей было не много, но это были мужчины, которые денег не считали. И очень скоро я нашла претендента. Вернее, это был первый достойный мужчина, которой обратил на меня внимание.
Ему нужен был галстук, я помогла с выбором и он ушел. Но предчувствие подсказало, что он вернется.
И, действительно, вечером он меня ждал.
Мужчина, лет тридцати двух. Крепкий, чуть выше среднего роста, низкий голос. Интересный как внешне, так и внутренне, я сразу это почувствовала. Говорил негромко, без властности, но уверенно и с пониманием того, о чем говорит. Мужская харизма вырисовывалась четко.
Пригласил на ужин. Согласилась.
Очень дорогое заведение, почти пустое, услужливый персонал, живая музыка. В таком ресторане я была впервые.
Разговор вел, в основном, он. Я старалась соответствовать. Рассказал, что любит рыбалку и охоту и мечтал бы найти спутницу, которая любит подобный вид отдыха. Я ответила, что никогда не бывала на подобных мероприятиях, но почувствовать атмосферу было бы интересно. Он внимательно посмотрел на меня и спросил, читаю ли я книги.
Меня, как и большинство молодежи, это не интересовало. Можно было отболтаться чем-то из школьной программы, но я не стала этого делать, а спросила:
- А что читаете вы?
Он перечислил несколько авторов, совершенно мне незнакомых и перевел разговор на другую тему.
Подвез до дому и попрощался. Никаких намеков на продолжение отношений, не сделал.
Несколько вечеров я посвятила чтению: прочитала по книге от Мураками, Ремарка, Пелевина. Прочитала и о каждом писателе, чтобы быть в теме при случае.
Очень хотелось продолжения отношений, но он не появлялся.
- Что ж, - подумала я,- по крайней мере, сходила в приличный ресторан и несколько интересных книг прочитала. Беседу смогу в этом направлении поддержать.
Однако он объявился. Через две недели. Опять ждал меня после работы, что приятно удивило.
За беседой в ресторане я поделилась, как школьница, прочитанным, он сдержанно улыбнулся и сказал, что я перспективная.
В тот вечер он сказал, когда мы сели в машину:
- Хочешь посмотреть мой дом?
- Так он еще и не женат, - сделала я выводы.
Будто прочтя мои мысли, он ответил:
- Я разведен. У меня два сына. В ближайшие годы жениться не собираюсь.
Я сделала вид, что не удивлена, хотя своей жизненной программой он меня и озадачил и жестко указал рамки.
Дом был огромным, но неухоженным и запущенным.
- Я тут редко бываю, поэтому прислуга – приходящая, раз в неделю. – Сказал он.
Вячеслав Сергеевич, Слава, так я его стала называть не очень скоро, всегда был сдержан, уверен в себе и на своей волне. Он не хотел казаться хуже или лучше, ничего лишнего не обещал, но те рамки, которые он мне обозначил, были вполне приемлемы.
Когда мы стали близки, а это произошло именно в тот день, когда я попала в его дом, он, проводив меня, предложил:
- Переезжай ко мне. И – иди учиться. В любой ВУЗ. Я оплачу. Видишь ли, я целыми днями на работе, ты же должна чем-то заниматься, и развиваться.
…Был сложный разговор с мамой. Узнав, сколько моему мужчине лет (а ему оказалось все сорок, а не тридцать два, как я сначала подумала), мама впала в ступор.
Часть 2.
- Зачем тебе это, дочка? Он же возраста отца!?! Ты, что, продаешь свою молодость?
- Мама, я все решила, - твердо ответила я,- добьюсь и стану его женой. Ну, а не стану, хоть выучусь за его счет. И, кроме того, он мне нравится, мама! Он мне интересен!
- И что я отцу скажу? Ведь, знакомить с ним, я так понимаю, ты не намерена?
- Нет. И это зависит не от меня.
Что уж мама сказала отцу, не знаю, но при встречах он с такой болью смотрел на меня, что я старалась как можно реже бывать в семье, хотя регулярно возила полные сумки деликатесов и вещей для брата и сестренок – того, чего позволить себе они не могли.
ВУЗ я выбрала по профилю Вячеслава, с тайной надеждой, что когда-нибудь буду работать в его фирме.
Время шло, я уже изучила много чего и про охоту и про рыбалку, и прочла уйму умных книг, но так и не была введена в круг его общения. Он относился ко мне со сдержанной симпатией и уважением, но не более.
Через год, я, выбрав момент, попросила взять меня на любимый им отдых, пообещав, что ни в чем, стеснять его не буду, просто мне это интересно. Он ответил, что подумает.
Ответил лишь через неделю. Сказал, что возьмет на рыбалку в устье Волги, в Астраханскую область. Предупредил, что это будет чисто мужская компания.
Радости моей не было предела! Наконец-то, маленький шажок вперед!
Летели на частном самолете. Как мне показалось, я вела себя блестяще – ни во что не лезла, но изредка очень грамотно участвовала в разговорах. Вскоре я стала фанатом рыбалки, и эту часть отдыха моего мужчины я честно заслужила.
Охота, на которую Слава позвал меня через год, мне не понравилась. Компания была та же, летели на частном самолете куда-то за Урал, жили в глуши на каком-то кордоне. Как всегда, я подготовилась теоретически блестяще, но практика оказалась слишком кровавой и жестокой. Первая же подстреленная птица вызвала у меня бурную реакцию отторжения.
Все дни я провела в доме с хозяйкой. Готовила мужчинам еду и когда они, довольные, возбужденные и похожие на первобытное племя, возвращались домой, их ждала вкусная пища.
Тем не менее, я ездила. В эти дни мы были близки как никогда и мне это нравилось.
По окончании института я надеялась, что Слава возьмет меня к себе на работу. Это оказалось жесткой ошибкой. Я получила твердый отказ, мотивированный тем, что в фирме работает сын от первого брака, а скоро будет работать и второй.
Моё место в его жизни было четко обозначено, и, когда я замахнулась на большее, получила в соответствии со своим статусом…
Замуж не звал, детей от меня не хотел. Относился хорошо, и даже нежность проявлял. Был абсолютно не жаден, я имела все и даже больше, но неудовлетворенность от зыбкости положения росла.
На свой страх и риск решила забеременеть. Через несколько месяцев обозначился результат.
Волнуясь, сказала ему об этом. Это произошло за завтраком. Он побледнел, и, не выпив кофе, пошел на выход, в дверях обернулся и сказал:
- Нет! Я тебя предупреждал! Аборт!
Я вцепилась в него и заплакала.
- Я буду прекрасной мамой! Я хочу этого ребенка! Пожалуйста!
- Нет, - Жестко ответил он, отодрал мои руки от себя и вышел.
Несколько дней мы не общались. Наконец, он спросил о моем решении. Я твердо ответила, что буду рожать.
Этим же вечером мне было сообщено, что, на мое имя куплена квартира и открыт счет.
… Все! Договор закончен. Наверное, надо было бы радоваться. Имею деньги, образование, жилье. Могу избавиться от ребенка и жить, как хочу. Только мощный природный инстинкт приказал: Рожай!
Родила сына. Ванечку. Растворилась в нем. Каждая мелочь, связанная с ним, радовала. Вот он несмело взял грудь, почмокал губами, лизнул и жадно вцепился в неё. Вот впервые сфокусировал взгляд на мне и улыбнулся совершенно осмысленно. Вот первый раз самостоятельно поднял головку, вот, пополз, вот сделал первый шаг… Радость, умиление, гордость! Любовь! Святая, материнская.
…Именно когда мы делали первые шажки, на детской площадке возле дома, появился Вячеслав.
Сел рядом на скамейке. Наблюдал за ребенком, потом подошел и присел на корточки перед ним. Ванюшка, деловито, надув щеки, поднял пухленькую, в перевязках, руку и провел отцу по лицу. Тот подхватил его на руки и долго ходил с ним по площадке, разговаривая.
- Завтра едем в ЗАГС. Я оформляю Ваню на свое имя, - сказал Слава, - и – переезжай.
- Сына оформить имеешь право. Переезжать не буду. Я тебе не собачка – приманил, отвадил.
Возможно, если бы он приложил чуть больше усилий, я бы и согласилась. Но настаивать он не стал.
Часть 3.
Теперь он приезжал часто. Мы снова стали близки. Снова ездила с ним на рыбалку – на это время малышу нанимали няню.
Не работала. Обеспечена была хорошо, к тому же водила Ванечку во всевозможные кружки: английский, шахматы, дзюдо. Много ездила с ним по миру. Помогала родителям. Отец, благодаря «фонду имени Вячеслава» открыл шиномонтаж, о котором мечтал, и семья улучшила материальное положение.
…Виделись мы нечасто, и, в какой-то момент я расчетливо испугалась, что скоро Ванечка подрастет, и Вячеслав отправит его учиться куда-нибудь заграницу (он поговаривал об этом) и я останусь без средств к существованию. Прагматизм, на котором и были построены отношения, заставил искать какой-то выход из положения.
На очередной день рождения – мне исполнилось тридцать, пригласила его на ужин при свечах. Ванечку отправила к бабушке с дедушкой.
Околдовала заботой и природной манкостью. Был сказочный вечер любви, результатом которой стала новая беременность.
В это раз ничего говорить ему не стала. Поскольку виделись мы редко, когда в очередной раз он остался у меня, живот было уже не скрыть. Да я и не пыталась, просто поставила его перед фактом.
Когда родила (опять сына – Владислава), он снова предложил жить вместе. Я снова отказалась.
Приходить стал чаще. Подолгу возился с младшеньким, вывозил на прогулки в коляске. Общался со старшим.
Дети росли красавцами. Были воспитанными и разносторонне развитыми. Он искренне их любил и гордился ими.
…Владик должен был пойти в первый класс. Мы провожали его вместе. Когда, после линейки, их завели в класс, Слава предложил посидеть в школьном дворе.
- Я уезжаю, - сказал он, - Надолго. Возможно, месяцев на пять – шесть. Потихоньку отхожу от дел. Сына старшего оставляю за себя.
- Далеко, если не секрет? – Спросила я.
- На Сафари, в Африку, - усмехнулся он.
Я пожала плечами: хозяин-барин. Давно привыкла жить одна.
- Давай распишемся, - вдруг предложил он.
- Слава, если ты раньше этого не сделал, то сейчас – зачем? – спросила я прямо.
Он пожал плечами и ничего не ответил.
Уехал. Всегда знающая, что Слава где-то рядом, загрустила. Даже ревновала: а вдруг он кого-то взял в попутчицы? Хотя, зачем тогда замуж позвал?
Деньгами я обижена не была, жизнь протекала ровно и без эксцессов. Я по-прежнему была красива и ухожена, но никаких романов даже не пыталась заводить, хотя фригидной себя не считала. Меня все устраивало. Почти взрослый Ванюшка – умный и целеустремленный парень. Любознательный и открытый Владик. Я люблю их, они – меня. Родители и близкие под боком, много разных интересов, все здоровы – всё прекрасно!
Только грустила иногда. По Славе. Он исчез с горизонта и никак себя не проявлял. Телефон был отключен.
Он объявился неожиданно. Загорелый, красивый, нестареющий, Вячеслав, с кучей подарков и сувениров, явился в дом.
Я смотрела, как рады ему дети, как рад он сам всех видеть, с какой нежностью смотрит на меня…
Накрыла стол. Отметили приезд. Долго, по-семейному, общались Дети разошлись по своим комнатам, а Слава вдруг положил свою руку на мою.
- У меня рак. Предлагаю расписаться.
Я подавилась слюной. Не дав мне опомниться, он сказал:
- С того момента, как мы познакомились, у меня была только одна женщина – ты. Но я боялся. Боялся нашей разницы в возрасте. Твоей меркантильности – иначе, зачем я тебе сдался – на двадцать два года старше? Молодого бы нашла со своими внешними данными.
- Первая жена доверие к женскому полу подорвала. Когда ты сказала о беременности, я понял, что ты устала ждать и притворяться хорошей…. Сейчас мне плевать. Я просто хочу быть с тобой. До конца. Ещё и материальный вопрос: хочу, чтобы ты жила в нашем доме, и он остался бы нашим с тобой сыновьям. Старших сыновей я тоже не забыл. Всех люблю, счастлив в этом вопросе, вопреки всему.
Он замолчал.
- Зачем же ты поехал на сафари, если тебе надо было лечиться?
- Я лечился. В Швейцарии. Там и загорел. В горах. Результат: пятьдесят на пятьдесят.
В этот момент я поняла, что люблю этого человека.
- Знаешь, ты прав. Я сошлась с тобой из меркантильных соображений – хотела хорошей жизни и для себя и для детей.
Но такого человека, как ты, на протяжении всей жизни, не встретила. Сначала я даже не задумывалась, почему я не смотрю на других мужиков? А ведь не было лучше, умнее, порядочнее, чем ты. И, так оказалось, что в моей жизни единственный мужчина –ты! И я по-настоящему люблю тебя. Ты будешь жить долго – верю! И мы, твоя семья, будем рядом!
Мы обнялись. Я плакала. Плакал он. Сильный, умный, достойный человек. Мой мужчина….
Автор Ирина Сычева.