Есть такая хорошая традиция: класть под елочку свежий сборник "Самой страшной книги". Впереди долгие выходные, и, когда все салаты будут доедены, а шампанское — выпито, придет время для жутких историй… И успокоительных, потому как в этот раз "ССК" будет бить в "самое мурчало".

В принципе, обложка на это намекает совершенно прямо и недвусмысленно — на ней изображены котики. Общеизвестный факт: в хорроре есть котик — либо он кого-то сожрет, либо падет жертвой фантазии автора. В принципе, может сначала умереть, а потом начать жрать, бывали и такие случаи. Но чтобы котейка в хорроре остался цел, невредим и не стал исчадием ада, — это вряд ли. Редкое исключение, которое продемонстрировала нам прошлогодняя "Самая страшная", где "Все кошки и коты остались живы", в расчет не берем, два раза подряд так не повезет.

В общем, запасайтесь носовыми платочками и валерьянкой, начинаем читать "Самую страшную книгу 2026" и да хранит нас всех Великая Бастет. В книге 19 рассказов на любой вкус и под любое настроение. Рассмотрим не все, должна же остаться какая-то интрига. Кстати, с некоторыми будет даже весело. Но, конечно, не с теми, где присутствуют котики, потому их пока отложим.

До определенного момента весело будет с "Рогаликом" Дмитрия Лопухова — с "недовзрослым" айтишником Стасом, который много лет создает игру-дневник в жанре роуглайк, чтобы можно было возвращаться в прошлое, и начинающей вебкамщицей Региной, похожей на Бриджит Джонс. Будет весело, пока неведомая жуть не начнет переписывать игру, меняя светлые воспоминания на чертовщину с расчлененкой. Пока в дверь не начнет стучать рыбомордая тварь, собирающаяся съесть героев. Пока, казалось бы, переписанная набело реальность снова не даст трещину. А совсем не весело станет, когда читатель вместе с героем вспомнит, что в этой игре нет перманентной смерти.

Порадует юмором и абсурдом и "Доставочка" Антона Темхагина. Чего, к примеру, стоит убийство отвратительной демонической старухи чучелом бобра. Да, в конечном итоге, история одного неудачного выезда двух курьеров в глухую деревню окажется вовсе не веселой, а тошнотворной и жуткой, но пока герои доползут до финала, надежда на удачное завершение приключения и азартный интерес ("а что было дальше?") читателя не покинут.

Индира Искендер "Гвозди, бритвы, булавки и немного черных ниток" — когда б вы знали, из какого сора изобретают свои "чудеса" маги и волшебники, целители и ясновидящие! Да вот, собственно, полюбуйтесь. Язвительная, остроумная и в меру жуткая история о том, как один аферист, представляющийся народным целителем и гоняющий из людей джиннов, вдруг обрел настоящую силу. Мечты сбываются, чудеса случаются. Правда, в этом конкретном случае, — через одно всем известное место. Сказка — ложь, да в ней намек, всем "целителям" и прочим шизотерикам урок.

Ну, повеселились, пора и всерьез испугаться. Если, конечно, получится.

Без тени иронии и всякого намека даже на истерическое "хи-хи" пугать читателя будет, например, "Барахло" Владимира Сулимова. Герой приезжает в заштатный городок, где становится свидетелем того, как жители "скармливают" мусоровозу ненужных — как животных, так и людей. Взамен они получают подарки. Герой в шоке, пытается выяснить, что за дьявольщина творится, но находит только листовку с рекламой "особых услуг" по вывозу "барахла". И надо ж было привезти листовку домой, где у него дочь-подросток в перманентном бунте-протесте-истериках, сын с особенностями развития и смертельно уставшая от всего этого жена, которая, кажется, еще и ходит налево. Угадаете, кто из этой чудесной семейки кого отправил мусорщикам? Смею предположить, весьма удивитесь. Жирный плюс рассказу за непредсказуемый финал и не картонных героев.

Рассказ Павла Давыденко "ЗИЛ" про холодильник, исполняющий желания в обмен на жертвы, и особенность главного героя, позволяющую "пользоваться" этой опцией, тоже не станет веселить читателя. Впрочем, и пугать до икоты не будет. "ЗИЛ" сконструирован просто, при этом прочно и добротно. Пусть совсем не сложно догадаться, что было, что будет, и чем герой успокоится, зато написано хорошо, а атмосфера детских страшилок и дворовых баек безусловно радует.

Мрачный и полный едким чувством вины рассказ Оксаны Ветловской "Везде живут люди", на мой взгляд, один из лучших в сборнике. Автор выстраивает историю не вокруг героя, она погружает читателя в его голову — в воспоминания о детстве, о травле, зачинщиком которой он был, и о предательстве, в чувство вины, от которого не убежать и в отчаянное желание вернуться в тот-самый-день, когда можно было спасти человека. Человека, которого сам герой и довел до петли. А потом автор показывает других, у которых тоже есть, о чем жалеть и в чем каяться. Везде живут люди, и у всех есть камень на душе. И все пытаются доказать себе и окружающим, что они все-таки люди, а не выродки, жертвуя на благотворительность, помогая и спасая. Рассказ не столько пугает, сколько царапает ледяным коготком: "А ты сам-то всегда был хорошим и честным? Врешь, не был". Ну и за то, что автор подсвечивает истинное нутро большинства благотворителей и благодетелей, отдельное спасибо.

Станислав Миллер "Алкот" — если читать "по первому плану", будет отличная страшилка про то, как внутри маленького мальчика поселилась вечно голодная тварь, требующая мертвечины. Да только крупную дохлятину найти нелегко, а кушать так хочется, что недолго и до греха. А можно воспринимать алкота как метафору, и получится история про серийного убийцу, который, как и полагается, начинал со зверушек, а потом как-то само пошло-поехало и вылилось в кровавую баню. В любом случае, скучно не будет.

Если в "Алкоте" историю о серийном убийце вы при всем желании не рассмотрели, а без маньяка удовольствие от книги будет неполным, не расстраивайтесь — специально для вас есть "Цветник" Насти Кацубы. В нем все, как мы любим, — тихий поселок, пропавшие дети, странный мужик, у которого разве что на лбу не написано "убийца", милый старичок-садовник, самосуд, проблемные соседи, финальный поворот (пусть и не самый неожиданный) и много-много цветочков. Правда, они вам не очень понравятся.

Ну и куда же без сказки! Страшной сказки про рождественское полено. Дмитрий Карманов в "Кага Тио" обращается к каталонской традиции ставить в доме под Рождество полено с улыбающейся мордочкой. Полено полагается укрыть одеялком и кормить, чтобы потом оно покакало подарками. Забавная традиция, детям нравится. И сказка у Карманова получилась бы добрая, не окажись у полена особых гастрономических пристрастий. Нет, оно не перекочевало в рассказ прямиком из фильма Яна Шванкмайера 2000 года. Просто не все деревья одинаково полезны, а у некоторых бабушек имеются свои представления о том, как надо кормить Кага Тио. Хорошая жуть к праздничку, рекомендую.

Сергей Возный "Поводырь" — еще одна сказка, на сей раз в славянском сеттинге. С летучими змеями, колдовками, богатырскими конями и путешествием к Смердячьей реке (Смородине, если угодно) и Каленому мосту. Идет-бредет поводырь, ведет боярина, которому очень уж хочется дочь из царства мертвых вернуть. Повезет — вернет, а не повезет — и сам не вернется. Тут раз на раз не приходится.

А теперь — к котикам, то есть к рассказам М.С. Парфенова "Рыжик" и "Мявк" Алексея Искрова и Германа Шендерова. Две очень разных как по стилю, так и по атмосфере истории, при этом отлично дополняющие и как будто продолжающие друг друга. Обе эмоционально тяжелые, потому спасибо, что между ними еще 17 текстов — "Рыжик" открывает сборник, а "Мявк" ставит жирную и безнадежно-черную точку. В очередной раз не могу не отметить очень грамотную композицию "Самой страшной".

Рассказ М.С. Парфенова "Рыжик" — это история о детской дружбе и рыжем котенке, совсем недетских проблемах и взрослых, которые эти проблемы создают и никак не помогают решать, безысходности и чуде, которое случается, когда уже не на что больше надеяться. А еще о том, что у чуда есть ангельские крылья и маленький рыжий хвостик…

Страшно будет уже с первых страниц. Даже пока все как будто неплохо — двое очень одиноких ребят обрели друг друга и котенка, — атмосфера рассказа не мирная и не радостная, кошмар уже происходит, просто пока не развернулся в полную силу. Автор аккуратно и ненавязчиво вводит в историю ощущение тревоги, которая к кульминации нарастает почти до паники, — никто не придет, никто не поможет, магия не работает, а монстр живет с тобой рядом и практически неуязвим. Словно в стакан с чистой водой капля за каплей подливают чернил, пока все чистое и светлое не будет окончательно уничтожено. Но к чести автора будет сказано, слезу коленом из читателя он не выжимает — то, что произойдет с детьми и котенком, абсолютно логично. Да, носовой платочек, скорее всего, понадобится, но иной кульминации и иного финала просто не могло быть. Страшно, больно, но — закономерно, обоснованно и возмездие непременно будет. А еще, несмотря на всю черноту, в финале мелькнет солнечный зайчик (или все же солнечный котенок?) как обещание, что теперь все, наверное, будет хорошо.

Совершенно иная ситуация с "Мявком". В "Рыжике" читатель наблюдал за историей из-за плеча главного героя, маленького мальчика, и чувствовал "через него", а в рассказе Алексея Искрова и Германа Шендерова придется "жить жизнь" домашнего кота, которому, прямо скажем, сильно не повезло с хозяйкой. И это будет гораздо тяжелее — прожить маленькую кошачью жизнь и узнать, что такое большая смерть, извините за спойлер. Эта липкая, мокрая смерть, гнилой пруд, в который уйдет все живое — все кошки, коты, их котята, собаки, да и их безответственные и равнодушные люди тоже когда-нибудь уйдут — оставляет ощущение абсолютной безысходности. Никакого, даже смутного, обещания светлого завтра. Пожалуй, самый жуткий и эмоционально невыносимый для меня текст из всех 19 в сборнике. Хотя, казалось бы, все максимально просто: ни монстров, ни кровищи, просто жил-был кот, которому вовремя не сделали прививку от бешенства и выставили за дверь, чтобы не мешал… Если после "Рыжика" вы не облились слезами, "Мявк" вас наверняка добьет. А так как он — последний в сборнике, перебить горькое послевкусие с оттенками болотной гнили будет уже нечем. Заедайте мандаринами и обнимите своих котов.

Оценка: твердая десятка.

(спасибо, наревелась)

Обсудить