Впервые я увидел ее прошлой осенью. О, она была просто невообразима! Подбитый глаз, в радужной оболочке, растрёпанная с проседью копна волос цвета осенней грязи, как на обочине, обвисшие, как у старого бульдога щеки, по которым для полноты картины не хватало струйки пенящейся слюны. Порванное платье, которое, казалось, было надето задом наперед, и резиновые галоши с кучерявой подбивкой на босую носу. И бьющее в нос и мозг амбре, вонь из смеси прокисшей человеческой мочи, как бывает у стариков, что перестали ухаживать за собой... Читать дальше...