Закат поднебесной экономики. Прощание Китая с процветанием
Китай — одна из богатейших стран мира с развитым индустриальным сектором и пользующаяся передовыми технологиями. Всего за 70 лет бедное аграрное общество, разрушенное Второй мировой и гражданской войной, превратилось в сверхдержаву. Однако сегодня над Китаем нависла угроза разрушительного демографического и экономического кризиса, который отбросит экономику страны на годы назад. Экономист Ян Царахов рассказывает о том, как Китай пришел к своему нынешнему благосостоянию и почему в ближайшее время может его растерять.
Социалистическое государство Китай, или же Китайская Народная Республика, на сегодняшний день является одной из экономических сверхдержав. По уровню ВВП страна находится на втором месте в мире, а по уровню ВВП по ППС и вовсе на первом.
Паритет покупательной способности (ППС) — соотношение двух или нескольких денежных единиц, валют разных стран, устанавливаемое по их покупательной способности применительно к определенному набору товаров и услуг. Проще говоря, ППС обозначает соотношение двух валют, основанное на ценах на определенные товары. Это не то же самое, что и валютный курс: если валюта А в пять раз дороже, чем валюта Б, то это не значит, что в стране А люди богаче, так как товары в стране Б могут быть дешевле, и жить там будет легче.
Китай известен своим огромным населением, а также невероятным преображением из страны, производящей некачественный контрафакт, в экономическую сверхдержаву, захватывающую всё больше высокотехнологичных рынков. Но мало кто знает, что за последние 70 лет Китай испытал столь резкий рост ценой миллионов жизней и отказа от своих коммунистических ценностей.
Еще меньшее число людей знают, что весь этот рост сейчас находится под угрозой из-за множества экономических и социальных причин, которые могут привести страну к упадку. Обсудим экономическую историю КНР и разберемся со всем этим.
Рост ценой жизней
К середине ХХ века китайская экономика была разрушена после долгих лет Гражданской войны между коммунистами и националистами, в которой победили первые, и Второй мировой. Промышленность и инфраструктура были уничтожены, сельское хозяйство сильно пострадало, производство продовольствия было примерно на 30% ниже довоенного уровня. Кроме того, экономические проблемы усугублялись одним из самых высоких уровней инфляции в мировой истории, так как более 60% всех военных расходов были покрыты простой эмиссией ничем не обеспеченных денег.
В ходе Гражданской войны в 1945–1949 гг. из-за гиперинфляции цены в Китае выросли более чем в триллион раз.
После прихода к власти в начале 50-х политика коммунистов была направлена на восстановление экономики и борьбу с катастрофической инфляцией в экономике. Для выполнения этих задач КПК дисциплинировала рабочую силу, начала завоевывать доверие капиталистов и проводить крайне жесткую налогово-бюджетную политику, чтобы снизить инфляцию. Эта политика привела к таким значительным успехам, что к концу 1950 года многие капиталисты считали, что коммунисты «полезны для бизнеса».
Но, начиная с 1951 года, городские жители начали ощущать влияние революционной программы коммунистов, которые жестоко расправлялись со всеми капиталистами и близкими к ним людям. Руководство страны во главе с Мао Цзэдуном ориентировалось на развитие китайской экономики по советской модели. Это было вполне логично, потому что СССР был ближайшим соседом и единственным источником технической и другой помощи для КНР. В рамках первого пятилетнего плана, проводившегося с 1953 по 1957 год, приоритет был отдан индустриализации и тяжелой промышленности. Все промышленные и крупные коммерческие предприятия были национализированы.
В 1958 году Мао запустил новый пятилетний план «большого скачка», направленный на резкое сокращение индустриального отставания Китая от развитого мира. В целом план был сосредоточен на двух основных целях: коллективизации сельского хозяйства и широкомасштабной индустриализации для увеличения производства зерна и стали.
Идея состояла в том, чтобы крестьяне могли обеспечивать себя всем сами, а финансирование из центра направлялось куда-то еще. Фермеры, объединенные в общины, должны были поставлять продовольствие и сталь, выплавленную в собственных печках, в города, чтобы укрепить экономику и обеспечить средства к существованию горожан.
Местные чиновники опасались наказаний и соревновались за выполнение и перевыполнение непомерных квот, собирая несуществующие «излишки» и обрекая фермеров на голодную смерть. Высшие должностные лица не осмеливались сообщать об экономической катастрофе, к которой привела такая политика.
Во время «скачка» в Китае погибли по разным оценкам от 15 до 55 миллионов человек — это крупнейший голод в истории человечества.
За одной неудачной политикой последовала другая — так называемая Великая культурная революция. Она была запущена Мао Цзэдуном в 1966 году с целью сохранения китайского коммунизма путем очищения общества от остатков капиталистических и традиционных элементов. В процессе этого «очищения» было убито от одного до двух миллионов оппозиционеров.
Экономика Китая при Мао всё же выросла и индустриализировалась — ценой миллионов жизней. Согласно официальной статистике, экономика росла в среднем на 6,2% в год, хотя современные экономисты оценивают фактический среднегодовой рост реального ВВП Китая за этот период примерно в 4,4%.
На пути к капитализму
После смерти Мао всё переменилось. В 1978 году китайское правительство решило отказаться от экономической политики в советском стиле, постепенно реформируя экономику в соответствии с принципами свободного рынка и открывая торговлю с Западом в надежде, что это ускорит экономический рост и повысит уровень жизни. Как выразился архитектор экономических реформ Дэн Сяопин, «неважно, какого цвета кошка, черная или белая, если она ловит мышей — это хорошая кошка».
Сяопин организовал ценовые и имущественные стимулы для частных фермеров, которые позволили им продавать часть своего урожая на свободном рынке. Кроме того, правительство создало четыре специальные экономические зоны вдоль побережья с целью привлечения иностранных инвестиций, увеличения экспорта и импорта в Китай. Дополнительные реформы, которые последовали поэтапно, были направлены на децентрализацию экономической политики в нескольких секторах, особенно в торговле.
Экономический контроль над различными предприятиями был передан провинциальным и местным органам власти, которым, как правило, разрешалось работать и конкурировать на принципах свободного рынка, а не исходя из государственного планирования. Кроме того, граждан поощряли к открытию собственного бизнеса. Дополнительные прибрежные районы и города были объявлены зонами развития, что позволило им поэкспериментировать со свободным рынком и предложить льготы для привлечения иностранных инвестиций. Постепенно был отменен государственный контроль за ценами на широкий ассортимент товаров.
Либерализация торговли стала ключевым фактором экономического успеха Китая. Устранение торговых барьеров способствовало усилению конкуренции и притоку иностранных инвестиций.
В 1979 году США и Китай восстановили дипломатические отношения. Стремясь воспользоваться преимуществами дешевой рабочей силы и низкой арендной платы, страны Запада одна за другой стали заливать деньги в Китай.
Вскоре после начала реформ Китай начал демонстрировать высокие темпы роста, а вступление во Всемирную торговую организацию в 2001 году придало ему еще больший импульс. Торговые барьеры и тарифы с другими странами были снижены, и вскоре китайские товары появились повсюду. Китай стал «фабрикой мира». С момента начала реформ экономика Китая росла значительно быстрее, чем до них, и ей удалось избежать серьезных экономических потрясений. С 1979 года годовой рост ВВП Китая составлял в среднем более 9%. Это означает, что в среднем каждые восемь лет Китаю удавалось удваивать размер своей экономики в реальном выражении.
Не рожаем, товарищи
Однако столь поразительный рост не мог быть бесконечным. На данный момент он сильно замедлился. МВФ прогнозирует, что экономический рост Китая снизится до 4,6% в этом году по сравнению с 5,2% в 2023-м и до 3,4% к 2028 году.
Этому замедлению способствует, во-первых, демографический кризис. Китай до недавних пор был самой населенной страной в мире с численностью в 1,4 млрд человек, пока его не опередила Индия в 2023 году. Во многом за свой экономический рост Китай должен быть благодарен именно огромной рабочей силе. Однако изначально лидерам КНР казалось, что столь стремительный рост населения, который испытывал Китай, был слишком опасен и мог перегрузить ресурсы страны.
Кампания по контролю рождаемости началась еще в 1956 году, однако ее венцом стало введение политики «одна семья — один ребенок» в 1979 году, когда власти стали штрафовать людей за каждого дополнительного ребенка. Из-за этой политики среднее число детей у одной женщины снизилось с шести почти до одного. Что еще хуже, китайцы предпочитали оставлять беременность только в случае зачатия мальчика, так как верили, что сын сможет содержать родителей лучше, чем дочь, поэтому число мужчин в стране заметно превышает число женщин.
Отменили политику власти Китая только в 2015 году, однако демографического кризиса уже, скорее всего, не избежать. Население Китая сокращается два года подряд.
О последствиях демографического кризиса мы уже рассказывали в одной из предыдущих статей. Напомним, что главными из них являются снижение совокупного спроса, что может привести к дефляционному кризису, и повышение коэффициента демографической нагрузки (меньшее число людей трудоспособного возраста должно будет обеспечивать большее число пенсионеров). К 2080 году в Китае на одного пенсионера будет приходиться всего 1,2 работающих человека.
Для страны, экономика которой по-прежнему зависит от доступной рабочей силы для развития производственного сектора, старение трудоспособного населения представляет серьезную экономическую проблему. Эти сдвиги приведут к снижению производительности, и по мере того, как избыток рабочей силы в Китае начнет сокращаться, заработная плата в обрабатывающей промышленности будет расти, а прибыльность сектора — снижаться.
Пузырь на грани
Что составляет экономику Китая? Конечно же, экспорт занимает значительную долю в ВВП страны. Однако это не главная составляющая их экономики, особенно с учетом того, что Китай импортирует почти столько же товаров и услуг, сколько и экспортирует.
Главными элементами экономики служат, во-первых, внутреннее потребление, во-вторых, инвестиции. При этом молодежи, которая потребляет больше всех, а значит, и отвечает за значительный сектор экономики, становится всё меньше.
В 1998 году государство ослабило контроль за рынком недвижимости. Китайцы не могут легко приобрести иностранные активы из-за контроля, а китайские фондовые биржи не показывали хороших результатов, поэтому люди с радостью начали инвестировать в недвижимость. Цены надежно росли, и с ростом населения жилье было очень прибыльным бизнесом.
Средняя стоимость жилья в Китае сильно раздута и равна 33 средним годовым доходам. В России этот показатель равен примерно 16, в США — 4.
Поощряемые государством застройщики получали огромную прибыль, что способствовало расширению. Ослепленные заоблачным спросом на жилье, они набирали огромные кредиты, чтобы расширяться еще быстрее. Чтобы максимизировать прибыль, застройщики продавали дома до того, как они были построены. С постоянно растущей ценой граждане покупали имущество, даже если не собирались жить в доме. Эти инвестиции в жилье действительно помогли стимулировать китайскую экономику — на долю недвижимости приходится 30% ВВП.
Но любой пузырь в конце концов приходит к своему пику. Обеспокоенное спекуляцией недвижимостью, китайское правительство ввело реформы, запрещающие покупку домов, которые предназначались не для проживания, а для инвестиций. И хоть это казалось логичным решением, весь сектор недвижимости был зависим именно от этой спекуляции, которую правительство решило остановить. Спрос иссяк, квартиры оставались непроданными, цены начали падать.
Внезапно компании, занимающиеся недвижимостью и понабравшие кредитов во время бума, начали испытывать трудности с выполнением своих финансовых обязательств. Проблема в том, что они продавали дома еще до того, как те были построены. Чтобы оплатить строящиеся дома, им нужно было продать следующую партию домов. Всю эту схему можно назвать своего рода финансовой пирамидой.
Если рынок недвижимости рухнет, к чему он опасно близок, то под угрозой будет и финансовая система страны, а за ней — и вся экономика.
Поэтому Пекин приступил к реализации своего плана по спасению рынка. Этот пакет мер основан на том, что местные органы власти будут выкупать у застройщиков непроданные дома и переоборудовать их в социальное доступное жилье. Для этого правительство выделило 300 млрд юаней (41,5 млрд долларов).
Этого может быть недостаточно, так как, по словам главного китайского экономиста Тин Лу, занимающегося этим вопросом, для завершения строительства предварительно проданных домов потребуется не менее $442 млрд. По его оценкам, в настоящее время насчитывается 20 миллионов предварительно проданных и еще не построенных домов.
Поскольку люди видят, что их капитал в виде недвижимости падает, они тратят меньше на всё: снижаются потребительские расходы, падает спрос, что приводит к сокращению производства и замедлению экономического роста.
Главная проблема Китая заключается в том, что их экономика сталкивается с несколькими угрозами одновременно. Экспортный спрос оставался относительно слабым из-за замедления мировой экономики. Во-вторых, возвращение дефляции повышает перспективу роста реального долга и дефляционного давления, которое ограничивает спрос. Инвестиции — некогда большая движущая сила экономики — идут в обратном направлении. Безработица среди молодежи выросла настолько, что правительство перестало выпускать статистику по ней. Это привело к краху рождаемости и браков. В прошлом году было всего 6,8 миллионов браков — это самый низкий показатель за полвека и в два раза меньше, чем в 2013 году.
Для сравнения, в 2009 году из-за пузыря недвижимости в Испании цены на жилье упали на 50%. Китайские цены падают еще больше. Падение цен и рост дефолтов по кредитам вызовут множество экономических проблем как прямо, так и косвенно.