Российское правительство, вид сверху: надо б лучше, да нельзя!
Общие черты нового старого правительства стали понятны еще при назначении Медведева на пост премьера и утверждения основных вице-премьеров, включая Виталия Мутко, чья кандидатура на пост куратора строительства была внесена под смех депутатов. А черты эти таковы, что ничего серьезно в правительстве не поменяется.
Если бы требовались перемены, Медведева поменяли бы на Кудрина. Или на Глазьева. Или на Сердюкова. Или еще на кого-то, кто имеет представление, как и что нужно менять, и достаточную политическую волю для этого.
Но если смотреть на политическую ситуацию «сверху вниз» (а не как мы), что будет видно? Убедительная победа Путина на президентских выборах, поддержка народом выбранного курса – и конституционное большинство «ЕР» в Госдуме. Министр экономики Максим Орешкин (сохранил свой пост) уверенно рапортует об успехах в экономике, которые если еще не наступили, то вот-вот наступят, а санкции только идут нам на пользу.
В отличие от нас все сотрудники администрации президента и правительства ездят по новым московским дорогам, ходят по благоустроенным тротуарам, а вокруг – много богатых машин и красивых людей. Если же вдруг кому и доведется выехать в регион, то повезут его обязательно на новый мост, современный завод или инновационное производство. Скажем, в Новосибирске есть несколько объектов, на которые постоянно возят высоких гостей, и все знают эти объекты.
Страна растет, развивается и уверенно преодолевает трудности. Если смотреть сверху вниз. Да, есть отдельные недостатки, поступают сигналы снизу, социологи намерили, что аж 90% населения хотят каких-то перемен, и, конечно же, партия и правительство этим озабочены. Слова про перемены вставлены в предвыборные речи, а также приняты социально-ориентированные нацпроекты. Но менять что-то существенно нужды нет, не приперло еще. Да и нефть растет в цене. Поэтому рулить «переменами» будут старые проверенные кадры через старые, хоть и со скрипом, но работающие механизмы.
А эти механизмы, на которых построена машина российской власти, в принципе противоречат переменам. Проблема в том, что переход от застоя к развитию и «прорыву» требует коренной перестройки системы управления, а к этому никто не готов. Нынешнее поколение управленцев прекрасно помнит, чем закончилась предыдущая перестройка.
С начала «нулевых» Путин выстраивал «вертикаль власти», сделав ставку на централизованный контроль и подчинение всех формальных институтов этой самой «вертикали», подпертой дополнительными контролирующими «вертикалями» силовиков.
Главная компетенция современного российского управленца – контроль финансовых потоков. Причем контроль не в том смысле, чтоб они шли на дело, а в том, чтоб шли через правильные руки.
Эта система «подморозила» российскую политику и стабилизировала государство. Но она хороша, только пока аппетиты участников не превышают доходы государства, а экономика растет сама. Пока нефть росла – все было замечательно.
Ну и смотрим на состав правительства. Министр по транспорту – специалист по дорожному строительству. То есть это и дальше будет не министерство транспорта, а министерство строительства самых дорогих в мире дорог.
Профильный вице-премьер – специалист по финансам.
Виталий Мутко, как главный по строительству и регионам – прекрасная иллюстрация того, что нужны «проверенные кадры». Кто-нибудь имеет хоть какое-то представление о том, какая у Мутко концепция развития строительной отрасли и регионов? Очевидно, что нет у него никакой концепции.
Не успели академики порадоваться ликвидации Федерального агентство научных организаций (ФАНО) и передаче его функций в новое министерство науки, как выяснилось, что глава ФАНО Михаил Котюков стал новым министром науки. Угадайте, в какой сфере Котюков является специалистом? Правильно, финансы.
В СССР роль «министерства науки» выполняла академия, и всегда ее возглавляли ученые. Когда Сталину понадобились «прорыв и развитие» реальным «вице-премьером по науке» стал Лаврентий Берия. Он не был ученым. Но был самым мощным в СССР организатором.
Кто сегодня в правительстве станет «мотором» того технологического прорыва, о необходимости которого говорил Путин в послании Федеральному собранию, совершенно непонятно.
Среди министров есть несколько человек, которых можно отнести к модной нынче категории «технократов». Но давайте будем откровенны: если человек просидел какое-то время в министерстве или областном правительстве, готовил и подписывал бумаги, это еще не делает его технократом.
Технократ – это Илон Маск. Тот, кто сделал что-то новое и работающее. Было бы здорово, если бы нам представили новых министров или вице-премьеров со словами «у нас был такой-то успех, а вот этот человек его организовал». Впрочем я придираюсь. У нас же был успех – Олимпиада в Сочи, а Мутко его организовал.