Кризис хорошего. "На районе" Ольги Зуевой
Само название отсылает нас к чему–то разухабисто–дворовому. Бывшая модель, а ныне режиссер Ольга Зуева, для которой это дебют в полнометражном кино, признается, что снимала фильм про родной город Владивосток, зная не понаслышке о жизни улицы. Но фильм, конечно, гораздо шире — про социальную неустроенность поколения 20–30–летних. Лучшие друзья Вова и Андрей активно ищут работу, но найти ее сложно, к тому же у обоих нет образования. В итоге попадают в зависимость от криминального авторитета. Вскоре перед героями встанет моральная дилемма: заказчик (в его роли — рэпер Нигатив) предлагает "наказать" свою бывшую знакомую. Далее между друзьями происходит важный разговор: Вова (Илья Маланин) предлагает Андрею (Данила Козловский) представить, как это "наказание" (заведомо слабого, беззащитного человека) потом будет преследовать его всю жизнь, ляжет черным пятном на его пацанскую совесть. Этот конфликт затем разведет друзей в разные стороны. Здесь ощущение двоякое. С одной стороны, восхищаешься неожиданно смелой и точной постановкой морального вопроса, что в российском кино крайне редко случается (причем найден какой–то идеально простой и доступный пример). С другой — такое прозрение выглядит совершенно неправдоподобно для героя, который (условно) еще вчера с совершенным спокойствием избивал должника, а затем еще и преследовал его на больничной койке, не испытывая никаких угрызений совести. Абсолютный цинизм — и какая–то книжная проповедь о добре и зле из уст одного и того же человека (который к тому же еще совмещает занятие боксом и сочинение проникновенных рэп–текстов). Проблема в том, что главный герой перегружен сразу всеми пороками и добродетелями. Усугубляется все тем, что автор пытается сделать серьезное социальное обобщение, но его собственная картина мира крайне запутанна, скажем так. Это типично для российского кино. Подобные фильмы демонстрируют нам, как в сознании авторов переплелись (хочется написать: причудливо) дворовые представления о чести, универсальные общечеловеческие нормы и большевистское представление о справедливости, основанное на разделении на "социально чуждых и социально близких". И это вступает в противоречие друг с другом, сказывается на совершенно размытом, скомканном, даже непонятном финале — где "все смешалось". Вторая проблема фильма: в нашем кино образ правильной жизни визуально и смыслово разработан гораздо хуже, чем неправильной. И, когда автор пытается показать нам хорошую жизнь, у него попросту не хватает художественных средств. Вот герой, желая жить честно, идет работать на стройку, буквально — класть кирпичи, выглядит это совершенно плакатно и опять же неправдоподобно. Почему бы ему в поисках честного труда не создать собственную музыкальную группу или открыть свой бизнес?.. Это подсказывает сама история героя — но в нашем кино бизнес, конечно, не может быть хорошим делом. Словом, автор хотел искренне сделать серьезное кино о моральном выборе, и за одну эту смелую попытку ему можно аплодировать. Но мешанина собственных представлений о мире не дала ему сделать это высказывание цельным. Что очень жаль, кстати.