Судьба и за печкой найдёт
Поспорили однажды на кухне два друга о какой-то ерунде.
– А тот, кто проспорит, пусть пойдёт во двор соседней многоэтажки ночью и голосит там полчаса, – предложил Серёга.
– Да ну, ерунда какая-то, – не соглашался Саня.
– Вот дурачьё, чего придумали-то? - встряла Серёгина сестра.
Тут взыграло Санино чувство противоречия: чтобы он послушал девчонку, которая моложе его, к тому же?! Да ни в жизнь!
– А, ладно, всё равно проиграешь!
На том и порешили.
Но проиграл Саня, значит, ему и выполнять уговор. Дождались ночи и двинулись на забаву. Серёга с комфортом устроился на лавочке, предвкушая потеху. Саня встал под окнами спящего дома.
– Чего кричать-то?
– Да всё равно, на твоё усмотрение.
– Ну ладно, – приготовился Саня, – Вася!
– Погромче, ничего не слышно.
– Ва - ся! Вааа - сяя! Ва-а-а-а-а - с-я-я-я-я! - надрывался бедолага.
Дружок покатывался от смеха, поглядывая на часы. Скоро дом начал просыпаться. И окон понеслись возмущенные крики: "Ты что хулиганишь? Два часа ночи, есть совесть?!"
А возмутитель спокойствия всё продолжал звать неведомого Васю. Подключились мужские голоса с бранью, перекрывавшей по звуку крики охрипшего уже дебошира.
– Милок, нет в нашем доме ни одного Васи, – добавился сочувственный голосок бабуси с первого этажа.
– Вааааа - сяяяяяя! Ва-а-а-а-а-а-а - ся-я-я-я-я-я-я-я!
Шлеп! Это обрушился на землю, обдав Саню с головы до пят, поток воды. От неожиданности тот потерял дар речи.
– Ну что, смочил горлышко, а то охрип уже? – высунулась в окно девушка.
– Сдурела? Осень на дворе, холодно ведь. Ва-ся!
– Сань, пошли отсюда, две минуты осталось. Считай, выполнено всё.
– Нет уж, я закончу. Ва-а-а-а - ся-я-я!
Тут его вновь обдало водой.
– Ого, вот и тёпленькая пошла!
– Ну что, согрелся? – как кукушка из часов, высунулась опять из окна бедовая девчонка.
– Спасибо за заботу. Сухой нитки на мне не осталось. Вода-то тёплая, да ветер осенний. Продрог так, что зуб на зуб не попадает. Ну всё, следи теперь за некрологами, как упомянут Александра Морозова, знай, это я по твоей вине пропал в расцвете сил. Как хоть тебя зовут, моя погибель?
– Люся. Ты что, правда так замёрз?
– Ещё бы. Обледенею сейчас под твоим окном, останусь памятником человеческой жестокости навечно.
– Ну ладно, поднимайся ко мне, я хоть чаем тебя напою, обсохнешь заодно.
– А можно, ночь всё-таки?
– Иди, милок, одна она живёт. Хорошая девочка, самостоятельная, – вмешалась в разговор та же бабулька.
***
А следующей весной из подъезда этого дома вышли счастливые жених с невестой. Поздравляли их всем двором. Бабуля из окна первого этажа перекрестила молодых. Кто-то выкрикнул: "Саша, нашёл своего Васю?"
– Васей мы назовём нашего первенца, – ответила Люся.