Искал «укрылище» и выручал деньгами: друзья вспоминают Сергея Доренко
Он ушел красиво, как и жил: 9 мая на своем любимом новеньком мотоцикле рассекал по центру столицы, и вдруг — разрыв аорты… Скорая не смогла его спасти. В честь юбилея близкие и друзья рассказали «СтарХиту» о самых ярких моментах, связанных с Сергеем.
ОН ВСЕГДА РЯДОМ
Китаевед Бронислав Виногродский был ближайшим другом Доренко, и он последний, кто видел его живым. В День Победы журналист отправился на мотоцикле в Кострому, а после заглянул к нему на дачу под Переславлем-Залесским. Товарищи посидели на веранде, Сергей пожаловался на давление, мол, мушки перед глазами. А оттуда он уже «поехал умирать», как выражается сам Бронислав Брониславович. На вопрос, часто ли думает о друге, Виногродский признается: «А что его вспоминать, он всегда рядом! Я чувствую его присутствие. Это ведь все предрассудки — жизнь, смерть. Душа вечна».
Друзей объединяли общие увлечения – они интересовались китайской метафизикой, Бронислав даже рассчитывал для Сергея дату свадьбы по карте судьбы.
Несмотря на то, что, казалось бы, радиоведущий чувствовал себя комфортно в любой компании, был всегда уверен в себе и не лез за словом в карман, ему, как обычному человеку, иногда хотелось спрятаться от людей. «Мы вместе искали «укрылище» — такое место, где Сергей мог бы отдыхать от окружающего мира, — вспоминает Виногродский. — В Туве были, в Минск, помню, на его фольксвагене отправились. Приближаемся к границе — темно, пасмурно, ничего не видно… И Доренко говорит: «Сейчас проедем, и сразу появится синее небо, солнце. Это же известный феномен!» И правда. Даже обочины стали ухоженными. А он продолжает: «Все потому, что Белоруссия — захолустье Европы, но Москва — блистательная столица Азии». Под Минском в какой-то деревне нам предложили купить целый действующий колхоз — отказались, потом смотрели дома на берегу озера — ничего не приглянулось. Так и не нашли его «укрылище».
НА РАБОТУ — КАК НА ПРАЗДНИК
Тележурналист Александр Казакевич много лет работал с Доренко в программе «Время». Несмотря на тяжелые времена тотальных невыплат зарплат, коллектив передачи всегда шел на работу как на праздник — быть в команде Сергея всегда было престижно. «Не помню, чтобы он хоть раз повышал голос, даже не знаю, умел ли кричать, — вспоминает Казакевич. — Легко умел сделать так, чтобы его слово было услышано не только зрителем, но каждым человеком в редакции. Как-то объявил: в программе «Время» больше никакого алкоголя. И не пили. И никаких вечеринок и дней рождения. Сказал, что в репортаже журналиста не должно быть трех банальных фраз, которые используют только бездари. Из сюжетов они исчезли. И ведь не из-за страха — хотели быть достойны работы с Доренко. Прямо кровь кипела у каждого из моих коллег».
Доренко определил журналистскую судьбу Александра, когда принял стажера на работу после сюжета про умершего сценариста Эмиля Брагинского.
СЛИШКОМ СЕМЕЙНЫЕ
Радиоведущая Екатерина Звягинцева проработала с Сергеем на радио «Говорит Москва» вплоть до его смерти. «Когда отправила резюме, многие отговаривали, называли Доренко самодуром и сумасшедшим, — вспоминает Катя. — Поставила себе цель продержаться год! Пару раз попадала в списки на вылет, но шеф спасал, давал шанс. Вообще, у него было такое редкое в наше время качество — настоящего мужчины. Если, например, ломалась кофе-машина, не обращался в бухгалтерию или еще куда-то: просто отправлялся в магазин и покупал новую за свой счет. Прекрасно знал, что у кого происходит в жизни, какие проблемы. Редакция у нас была маленькой, сплоченной. Иногда он даже этому противился, говорил: «Что-то слишком стали семейные! Нужно все только по делу». Помогал каждому, мог вызвать в кабинет — сунуть денег из личных сбережений. У меня тоже такое было. Как-то ранним утром позвал «на ковер». Я сначала подумала, что накосячила в новостях... А он протягивает купюры и говорит: на, купи себе что-то вкусное. Я сразу же в магазин — угостила коллег».
Сергей находил слова и время для каждого.
Катя до сих пор хранит записи, сделанные рукой шефа. «В 2009 году он показывал, как вести прямой эфир, чертил план интервью, – продолжает коллега Доренко. – Сергей время от времени на летучках смеялся: «Родина все записывала – потом продаст мои учения за миллионы». А еще из фраз запомнилось, как он сказал: «Не надо бояться смерти, нужно наблюдать свою жизнь со стороны».
Фото: PhotoXPress.ru, личный архив, РИА Новости // Сергей Субботин