Последний бой немецкого рейдера
— Ваши документы. Мистер... Тамерлан? Как оказались здесь? Бизнес? Нет, это обычная проверка. Проверка не была обычной. Подозреваемый был замечен на этой дороге. Офицер Корнуолл задумчиво пролистнул бумаги. Страховка в порядке. Формально предъявить нечего. Водитель с любопытством поглядывал в зеркало на полицейского. Тот стоял у средней стойки, не приближаясь к водительской двери. Стандартная мера безопасности, позволяющая уменьшить риск внезапного нападения. — Сделайте шаг из машины, пожалуйста. Водитель не шевельнулся, продолжая улыбаться. Из багажника послышался едва слышный вскрик. — Из машины! Живо! — Рука Корнуолла потянула «Смит & Вессон» из кобуры. Приветливое выражение лица исчезло. Сидя вполоборота, водитель попытался выстрелить в навязчивого стража порядка. Он опоздал всего на долю секунды: полицейский выстрелил ему в бритый затылок. Простая развязка, если бы не случилось непредвиденное. «Смит & Вессон» офицера дал осечку… Раненый Корнуэлл как в тумане добежал до своей машины. От следующих выстрелов его защитило вывернутое в сторону колесо: старый полицейский трюк, ставший ритуалом при каждой остановке на дороге. Пригнувшись, Корнуолл перезарядил пистолет. Выстрел! Второй! Третий! Четвертый пришелся в голову нападавшего. По рации пронеслось: «Хайвей-север, перестрелка на девяносто шестом. Офицер ранен». Уверен, большинство из вас догадалось о мотивах и подтексте «нуарного чтива». Имена действующих лиц оставлены без изменений. Эпизод с перестрелкой на шоссе демонстрирует особенности встречи с убийцей в мирном обличье. Несмотря на предпринятые меры безопасности, риск остается всегда. Инициатива и внезапность — на стороне «волка в овечьей шкуре». И риски еще более возрастают, если что-то идет не по плану. На календаре 8 мая 1941 года. К грузовому судну «Тамерлан» под норвежским флагом (замаскированный рейдер «Пингвин») приближается для досмотра крейсер Его Величества «Корнуолл». «Пингвин», он же «Тамерлан», он же греческий «Кассос», он же советский «Печора», он же неуловимый «Рейдер «F» из донесений британских ВМС, он же «Корабль 33» и «Хильфскройцер 5» (HSK-5) в сводках Кригсмарине, подлинный мастер перевоплощений, прошедший за 357 дней своего похода расстояние, эквивалентное двум экваторам Земли. За это время им было захвачено и уничтожено 28 крупных судов общим тоннажем 136 тыс. брутто-регистровых тонн. «Пингвин» занимает почетное место среди самых результативных кораблей за всю историю войн на море! По значению потопленного тоннажа с «Пингвином» могли сравниться только его сослуживец «Атлантис» («Рейдер «С») да серия «грозных тридцатых» из другой эпохи. Немецкие рейдеры принадлежали к специфическому классу боевой техники. Сочетавшему признаки легкого крейсера (шесть орудий калибра 150 мм), миноносца (4-6 ТА и полтора десятка торпед), минного заградителя («Пингвин» имел на борту 380 мин) и экспедиционной плавбазы для снабжения подлодок в удаленных районах океана. Также имелись признаки десантного корабля (сотня бойцов для формирования абордажных команд), плавучей тюрьмы и судна-разведчика. Тайно пробираясь в Тихий океан, один из рейдеров собрал обширный массив информации о Северном морском пути, которая позднее была использована для ведения боевых действий в Арктике. «…фотографировали непрерывно берега, фотографировали все объекты, которые только встречали на своем пути. Фотографировали острова, мимо которых проходили, около которых стояли, фотографировали мыс Челюскина, фотографировали ледоколы, под проводкой которых шли. При малейшей возможности делали промеры глубин; высаживались на берег и фотографировали, фотографировали, фотографировали… радиослужба рейдера практиковалась в перехвате и обработке радиопереговоров между кораблями и ледоколами ЭОН». Снимки и радиоперехват — самое безобидное, что могли предложить эти корабли. По-настоящему смертельную опасность они представляли в других условиях. А мы — без огней, так-то будет верней. И станет торговля намного честней! Рейдеры не были похожи на вспомогательные крейсеры других государств. Британский «Равалпинди» или японский «Хококу Мару», бывшие лайнеры, оказались на линии огня в качестве вынужденной меры. Альтернатива крупным военным кораблям для патрулирования на океанских коммуникациях. Вспомогательные крейсеры не скрывали своего нового назначения и гордо несли флаг своей страны. При появлении противника британские моряки радировали координаты и умирали в неравном бою. «Равалпинди» — тот дерзкий смельчак, который бросился под орудия «Гнейзенау». Похожий подвиг совершил «Джервис Бей», встав на пути «Адмирала Шеера». В дуэльной ситуации с военными кораблями такие «крейсеры» были обречены. Немецкие рейдеры так не работали. Они все время выдавали себя за безобидных и бестолковых «торгашей». На дело шли под флагами союзных или нейтральных государств. А когда их вычисляли и пытались расстрелять, они громче всех вопили в эфир о нападении на мирного «торговца» неизвестного военного корабля, спасите кто может! Чести и совести у моряков Кригсмарине было меньше, чем костей в медузе. Подобно подводным лодкам, использующим неизвестность и неопределенность водной среды, рейдеры пользовались неопределенностью ситуации и необходимостью для их противников соблюдать морские правила. Корпуса грузовых судов были тактической уловкой. «Хильфкройцеры» специально создавались таким образом, чтобы прорывать блокаду и растворяться в океане под видом гражданских судов. Вооружение скрывалось за фальшбортами. Применялся «маскарад» со съемными дымовыми трубами, мачтами и фальшивыми грузовыми стрелами. Одной из немногих примет, способных выдать рейдер, было отсутствие «цветных» в команде торгового суда. Момент, на который обращали внимание пилоты патрульных самолетов. Для разведки рейдеры использовали собственные гидросамолеты с британскими опознавательными знаками. Заметив очередную «жертву», разведчик смело подлетал и сбрасывал на палубу пакет с указаниями. «В квадрате замечен немецкий рейдер. Соблюдайте осторожность. Ложитесь на курс норд». На курсе норд их ждал «Пингвин». Святая наивность. И кто наверняка мог знать, сколько продлится и чем закончится этот безумный рейд?.. Отсюда высочайшая автономность. Экономичный двигатель гражданского судна при среднем расходе топлива 38 т/сутки при запасе дизельного топлива в 4000 тонн позволял «Пингвину» преодолеть расстояние 30 000 миль. Опреснительные установки на борту обеспечивали рейдер 15 тоннами пресной воды в день. Более чем достаточно для экипажа из 400 человек и томившихся на его борту сотен пленных. Фрицы предусмотрительно загружали на борт все — от лыж и комплектов тропической униформы до бус и безделушек для обитателей Новой Гвинеи. На случай захвата неожиданных пленников имелся запас женских и детских вещей, игрушек и детского питания. В помещениях, предназначенных для заточения членов экипажей потопленных судов, немцы установили микрофоны. Раскрыть план побега или подслушать какую-либо информацию о местонахождение других кораблей. Здесь смерть как невеста. Сужается круг, и нет у невесты шутливей подруг! Основное вооружение «Пингвина» состояло из шести 6’’ орудий (реальный калибр 149 мм), снятых с линейных кораблей кайзеровского флота, боекомплект по 300 фугасных снарядов на ствол. Как бы ни казались устаревшими орудия немецких рейдеров, могущества их снарядов было достаточно, что разбить башню практически любому военному кораблю — из тех, что могли быть отправлены на их поимку. Противники отмечали выучку немецких артиллеристов. Несмотря на казематное расположение части орудий, при котором на один борт могли вести огонь только четыре пушки, огневая производительность рейдеров стала неприятным сюрпризом для всех, кто пытался остановить этих убийц. В 2008 году при осмотре лежащих на глубине обломков «Сиднея» специалисты насчитали как минимум 87 попаданий главным калибром! Последствия боя с рейдером «Корморан», в ходе которого противники потопили друг друга. Всего же немцы успели выпустить из трех орудий свыше 500 снарядов (четвертое баковое орудие было снесено огнем «Сиднея» в самом начале сражения). Конструкция военного корабля подразумевала более удобное размещение вооружения с большими углами возвышения стволов. Но в бою с рейдером это не гарантировало победы. Рейдер просто отказывался вести бой на больших дистанциях. На больших дистанциях он продолжал гримасничать, играя в «торгаша». Тянул время, чтобы с наступлением темноты снова удрать в неизвестном направлении. Исключением стал «Атлантис», которого засекли в момент передачи топлива на подводную лодку. «Накрыли» с поличным! В остальных случаях рейдеры открывали огонь только тогда, когда становилось ясно, что разоблачение неизбежно. В этот момент дистанция между противниками сокращалась настолько, что физический износ германских стволов или меньшая база дальномеров уже не имели большого значения («Пингвин» имел два дальномерных поста с базой 3 метра). Впрочем, некоторые из рейдеров («Тор», «Комет») успели получить новые шестидюймовки «торпедоканоне», как на эсминцах типа «Нарвик». При наличии артиллерии одного и того же калибра рейдер и противостоящие ему крейсеры британской постройки представляли «хрустальные вазы с колотушками». При указанных обстоятельствах каждый получал шанс нанести другому смертельные увечья. При этом рейдеры, как правило, были значительно крупнее своих противников. И чисто из-за размеров могли продержаться дольше. В то время как конструктивная защита большинства крейсеров 1930-х гг. не могла предотвратить распространение огня, разрушение отсеков или потерю механизмов от сотрясений при многочисленных попаданиях 6’’ снарядов. Создатели рейдеров также делали усилия, направленные на повышение боевой устойчивости. Бронированный мостик, двойные борта в местах хранения боезапаса, пространство между которым заполнялось песком. В дополнение ко всему каждый рейдер нес торпедное вооружение. «Сражение показало, с каким мастерством неприятельские суда изменяют свой внешний вид и с какой дилеммой приходится сталкиваться капитану крейсера, пытающегося его разоблачить. Опасность, которой подвергается крейсер, подходя к такому кораблю слишком близко и с направления, удобного для орудийной и торпедной стрельбы, очевидна: рейдер всегда обладает тактическим преимуществом неожиданности». (Командир крейсера «Корнуолл».) Все дальше, пока он в квадрат не войдет, где с главным калибром судьба его ждет. Экипаж рейдера мог замаскировать корабль под торговое судно. Используя открытые справочники, мог воспроизвести его позывные. Единственное, что не могли подделать немцы, — это сводки союзников. О наличии в указанном районе тех или иных торговых судов. И это становилось роковым. Никакого судна «Тамерлан» к северу Сейшельских островов находиться не должно! К тому моменту «Корнуолл» уже час шел параллельным курсом, безрезультатно демонстрируя сигналы «Остановить судно», «Лечь в дрейф». Испуганный «купец» не реагировал на угрозы, отправляя одну за другой радиограммы о преследовании неизвестным военным кораблем. Расстояние между противниками быстро сокращалось, достигнув восьми миль (по другим данным — 11000 м). До конца неуверенный в принадлежности подозрительного судна «Корнуолл» произвел пару предупредительных залпов — и повернул на сближение. На рейдере взвыли сирены, упали щиты, на гафеле поднялся флаг ВМС Германии. «Пингвин» дал первый залп, легший в опасной близости от «Корнуолла». И вдруг случилось непредвиденное: на британском крейсере из-за короткого замыкания отказало вооружение! Следом отказала телефонная линия постов управления огнем. В этот критический момент немцы добились пары прямых попаданий в «Корнуолл». Внешние повреждения казались незначительными, но осколки перебили кабели рулевой машины. Безоружный, неуправляемый корабль покатился влево под градом немецких снарядов! Различные описания того боя различаются в деталях, но общая ситуация парадоксальна. В какой-то момент возникла угроза, что «мирный торгаш» расправится с крейсером типа «Каунти»… Единственное, что спасло в той ситуации «Корнуэлл», — калибр 203 мм. Придя в себя после первого раунда, крейсер восстановил управление оружием и дал ответный залп! Выбравшись за пределы досягаемости пушек «Пингвина» и используя свое преимущество в дальнобойных орудиях, он стал хладнокровно расстреливать рейдер. Корректируя залпы с помощью поднятого в воздух гидросамолета. Прошло не так много времени, когда очередной четырехорудийный залп разорвал «Пингвин» в клочья. Из 402 человек его команды в живых осталось 60, а из находившихся на его борту двухсот пленных моряков удалось спастись всего 24. За время боя англичане израсходовали 186 снарядов главного калибра, немцы успели сделать 200 выстрелов. Несмотря на все предпринятые меры безопасности и соблюдение значительной дистанции между «Корнуоллом» и подозрительным судном, победа досталась нелегко. Что касается другого известного боя «Сиднея» с «Кормораном», то он достоин отдельного разбора. Цена беспечности? Лишь отчасти. Ничуть не снимая ответственности с австралийского командира, допустившего преступное сближение с рейдером, при указанных технических особенностях «хильфкройцеров» и той ярости, с которым рейдер набросился на противника, шансов у «Сиднея» было мало на любой дистанции. В отличие от могучего «Корнуолла», «Сидней» был вооружен восемью орудиями калибра 152 мм. Он был меньше и слабее своего коллеги по всем статьям. Его противник, «Корморан», напротив, был самым крупным и наиболее вооруженным среди вспомогательных крейсеров Кригсмарине. Главное, что объединяло эти эпизоды, — отсутствие возможности четко идентифицировать противника. Что требовало сближения на опасную дистанцию и неминуемо подставляло преследователей под удар. Имя «Пингвин» было выбрано неслучайно. Одной из задач рейдера был подрыв китобойного промысла у берегов Антарктики Подробный план верхних палуб «Пингвина» наверняка заинтересует моделистов По материалам: Допросы выживших членов экипажа «Пингвина» (Interrogation of Survivors from Raider 33, октябрь 1941 г.).