Россиянин Юрий Мель – жертва литовского «правосудия»
![Россиянин Юрий Мель – жертва литовского «правосудия» Россиянин Юрий Мель – жертва литовского «правосудия»](http://mtdata.ru/u16/photo7D51/20836278140-0/original.jpg#20836278140)
![](http://mtdata.ru/u16/photoD6F9/20059350989-0/original.jpg#20059350989)
В ноябре апелляционный суд Литвы – далеко не в первый уже раз – отклонил ходатайство защиты отставного полковника Вооруженных сил РФ Юрия Меля о смягчении ему меры пресечения по уголовному делу о «преступлениях против человечества». По идее, менее чем через полгода невинно осуждённый россиянин должен уже выйти на свободу. Но, похоже, литовские власти, уже сделавшие Меля мучеником, не прочь продлить ему срок заключения.
Невинно пострадавший
Ю. Мель 12 марта 2014 года по приказу властей Литвы был арестован на пограничном переходе Советск–Панемуне. В страну он приехал купить лекарства от диабета – для него это была не первая поездка сюда. Но на сей раз его схватили и обвинили в том, что он 23 года назад, 13 января 1991 года, участвовал в штурме Вильнюсской телебашни. Скромного полковника решили сделать злодеем государственного масштаба: Меля, являвшегося в январе 1991-го двадцатидвухлетним лейтенантом, обвинили ни больше ни меньше, как в «сговоре» с министром внутренних дел СССР Борисом Пуго и тогдашним советским министром обороны Дмитрием Язовым.
Действительно, во время вильнюсских событий января 1991-го Мель находился в столице Литвы – он состоял в экипаже одного из танков. Что же конкретно ему предъявили? «Танк под командованием Ю. Меля, бортовой номер 544, наводчик Д. Большаков, механик-водитель С. Драгоценный, выломал забор, ограждающий территорию телебашни с западной стороны, опасно маневрируя, въехал на территорию, где не менее трёх раз выстрелил из орудия холостыми зарядами, пускал дымовые завесы, световыми приборами военной техники светил в гражданских лиц, занимаемый объект и расположенные вокруг здания – таким образом запугивая и терроризируя гражданских лиц», – гласят материалы литовского суда.
Журналист и телеведущий из Калининграда Николай Долгачев отмечает, что Мель, как и прочие военнослужащие Советской армии, служил стране, которой дал присягу, пытался предотвратить её распад. «Причем имеет значение и то, что схватили его в марте 2014 года по делу, которое фактически реализовали в феврале 2014-го – 28 февраля, по данным судебных источников. Получается, что это своего рода ещё и месть за крымские события – так совпадают даты. По большому счету Юрий Мель стал в этом смысле жертвой со стороны политического режима нынешней Литвы, пострадав и за события 1991-го, и за события 2014 года. Такое не может быть справедливым по отношению к этому человеку! Но так случилось», – отмечает Долгачев.
27 марта 2019 года затянувшийся на несколько лет скандальный «вильнюсский процесс» подошел к концу. Приговоры были вынесены в отношении 67 лиц – ныне граждан России и Белоруссии. Бывшего министра обороны СССР Д. Язова приговорили к 10 годам лишения свободы, экс-офицера КГБ Михаила Головатова – к 12, бывшего начальника Вильнюсского гарнизона Советской армии Владимира Усхопчика – к 14. Всех – заочно. Юрий Мель и постоянно проживающий в Литве Геннадий Иванов – единственные граждане РФ, которых удалось схватить литовским властям, – получили семь и четыре года соответственно. Поскольку время, уже проведённое за решеткой, входит в этот срок, Мель должен освободиться в 2021 году. Теоретически.
Защита неоднократно просила заменить арест Меля на более мягкую меру пресечения, однако коллегия литовских судей всякий раз в этом отказывала. Не принимали во внимание даже то, что отставной офицер страдает тяжелой формой диабета. Более того! Литовские власти словно бы нарочно стремятся сделать тяжкие условия заключения Меля совсем уж невыносимыми. В 2019-м посол России в Литве Александр Удальцов свидетельствовал: «Складывается впечатление, что дано указание поиздеваться над ним. Гражданина России стали переводить из зоны, предназначенной для бывших госслужащих (а он, напомню, полковник запаса и бывший ответственный сотрудник в налоговой системе), в зону и камеры, где размещаются уголовники-рецидивисты, перебрасывать безо всяких на то оснований из Вильнюсского изолятора то в Шяуляйскую тюрьму, то в Кибартайскую».
«Над ним начали издеваться»
В мае 2019-го посол рассказал: «Мы были вчера у Меля, которого перевели в Шяуляй, над ним там начали издеваться. Надо, чтобы он содержался в тюрьме в таких условиях, которые отвечают международным нормам. Важно, чтобы литовская сторона знала эти нормы и соблюдала их». Однако руководитель СИЗО в городе Щауляе Саулюс Раюнчюс заявил, что, дескать, условия заключения Меля не отличаются от других, камеры оборудованы с соблюдением требований правовых актов.
Тут стоит отметить, что Литва занимает первое место в Европе по количеству заключённых на душу населения. При этом как правозащитники, так и сами заключённые неоднократно жаловались на плохие условия содержания в местных тюрьмах, на творящийся в камерах беспредел – то, с чем пришлось столкнуться и россиянину. В сентябре 2019-го Юрий Мель направил письмо участникам проходившего в Варшаве совещания ОБСЕ по правам человека. В нём он напомнил, что его «преступные действия» в январе 1991 года заключались лишь в том, что он на танке сломал забор около вильнюсского телецентра и по приказу своего командира трижды выстрелил в воздух холостыми зарядами. «В обвинении не указано ни одного человека, пострадавшего непосредственно от моих действий», – подчеркнул отставник.
Он добавил: «В настоящее время я – офицер, полковник запаса, гражданин Российской Федерации, нахожусь, в нарушение всех признанных норм права, в общей зоне исправительного дома города Кибартай Литовской Республики вместе с уголовниками. Литва сегодня нарушает моё право на достойное, не унижающее человеческое достоинство отбывание наказания в пенитенциарной системе. Меня содержат не с политическими заключенными, а с убийцами, мошенниками и наркоторговцами, где существует реальная угроза моей жизни и здоровью. Все эти нарушения совершает государство – член Евросоюза и государство, ратифицировавшее основополагающие международные документы по защите прав и свобод человека...»
А в декабре 2019 года Вильнюсский окружной административный суд отклонил просьбу Ю. Меля о его переводе в зону, где отбывают тюремное наказание бывшие государственные служащие. По его словам, это позволило бы ему избежать угрозы жизни и здоровью. Россиянин получил от литовского суда вердикт следующего содержания: «Мель не предоставил доказательств, что он был именно госслужащим Литвы. Поэтому в его отношении верно установили, что его нельзя классифицировать как гражданского служащего». Кроме того, в постановлении издевательски говорилось, что россиянин «не указал в своем заявлении о переводе информации о риске для жизни и здоровья». В Европарламенте тоже не проявили интереса к человеку, уже семь лет безвинно содержащемуся за решеткой.
В сентябре 2020-го посол А. Удальцов рассказал, что прокуратура Литвы намерена добиваться увеличения срока тюремного заключения российскому гражданину. «Прокуратура хочет, по-моему, чтобы Мелю ещё добавили три года, ну, естественно, защита против этого. Будем надеяться, что здравый смысл восторжествует, тем более он уже сидит семь лет, необоснованно», – сказал Удальцов. Российский посол в который уже раз напомнил, что в деле Ю. Меля закон применяется в обратную сторону – его осудили за то, что он делал, будучи советским гражданином, в соответствии с советским законодательством и находясь на территории СССР.
Угроза продления срока реальна
Сейчас, по сути, перед Юрием Мелем стоит одна задача – не сдаться, не сломаться, не умереть в заточении. «Вы сейчас платите не по своим счетам, по сути, вы расплачиваетесь за всех нас. За доверчивость одних, за подлость других, за предательство третьих, за прекраснодушие четвёртых», – пишет, обращаясь к Мелю, журналистка Галина Сапожникова. Она добавляет: «От вас требуется, собственно говоря, только одно – выстоять! Выжить, выстоять и запечатлеть, запомнить всё, что с вами делали, для того, чтобы свидетельствовать на другом суде над теми, кто сейчас судит вас. Я верю, что этот суд когда-нибудь обязательно будет».
Но тут стоит отметить, что тревога относительно судьбы Меля не напрасна. Дело в том, что лица, несправедливо осужденные в ходе «вильнюсского процесса», стали подавать апелляции с требованием пересмотра приговоров. Пример в этом деле подал бывший офицер КГБ Михаил Головатов, оказавшийся в числе осужденных. «То, что делается Литвой, очевидно – враньё и искажение. Если на 1992 год насчитывали порядка 500 потерпевших, то на сегодняшний день уже полторы тысячи. Откуда они взялись?» – вопрошает Головатов. В сентябре литовский апелляционный суд начал рассматривать жалобы на приговор по делу о 13 января 1991 года. Однако Генеральная прокуратура Литвы решила использовать эту возможность, чтобы увеличить тюремный срок Юрию Мелю.
Калининградский политолог Александр Носович считает, что увеличение срока тюремного заключения Меля ещё на три года – угроза вполне реальная. «России нужно начинать превентивно бороться против очередной кампании литовской исторической лжи, чтобы её гражданин вышел на свободу в марте 2021 года. Правда о событиях 13 января 1991 года должна быть донесена до максимально широкой литовской и международной аудитории. Тем более что она давно установлена, и эту правду не задушишь, не убьёшь. Литовская власть может отключать телеканалы, сжигать книги и сажать в тюрьму тех, кто их пишет, но ей это не поможет», – говорит эксперт.
По словам политолога, уже на данный момент собрано много информации, явным образом противоречащей официальной версии литовских властей. «Очевидцы кровопролития у Вильнюсской телебашни есть, их свидетельские показания получены и записаны, показания судмедэкспертизы по погибшим 13 января сохранены и задокументированы. Есть доказательства, что той ночью на крышах соседних с телецентром домов работали снайперы, есть откровения главарей "Саюдиса" (движения за независимость Литвы), что это они спланировали кровавую провокацию у телебашни, чтобы берущей за душу эмоциональной картинкой склонить мировую общественность на сторону литовских сепаратистов», – напоминает А. Носович.
Как бы то ни было, Юрию Мелю предстоит пережить очень непростые месяцы – время между надеждой и отчаянием.