"Нас других не будет": Оптимистический фильм удался
В конце сентября эта картина открыла 32-й "Кинотавр", а 7 октября вышла в российский прокат.
Попытки снять о каком-либо выдающемся человеке художественный фильм редко бывают удачными. Ведь художественное кино предполагает наличие вымысла, допускает некоторое искажение фактов, нарушение хронологии и прочие неточности. Документалистика куда более достоверна. Она неточностей не прощает.
То, что за создание фильма о Сергее Бодрове-младшем Нас других не будет (16+) взялся мастер документального кино Петр Шепотинник — большая удача. Он сумел сделать этот фильм — не лишённый ноток боли и горечи утраты — полным не слёз, а улыбок. Полным света. А ведь трагический уход главного героя из жизни — потеря не только для его поклонников, но и для отечественного кинематографа в целом. Чтобы наполнить фильм о потере огромным количеством улыбок и света, нужно быть очень талантливым человеком...
У зрителя создаётся ощущение, будто бы он сидит не в кинозале, а на дружеских посиделках, где все вместе с теплом вспоминают общего друга, который — даже не погиб, нет — просто давно не выходил на связь, не звонил и не приезжал в гости. Фильм выстроен, как из кирпичиков, из кусочков интервью людей, близко знавших Сергея — это продюсер Сергей Сельянов (поначалу кажущийся холодным и суровым, он оттаивает и начинает улыбаться, говоря о Бодрове — эта смена эмоций видна от фрагмента к фрагменту), художник по костюмам Надежда Васильева (какой искренней нежностью озарялось её и без того прекрасное, светлое лицо, когда она вспоминала и о своём супруге Алексее Балабанове, и о Сергее Бодрове... С какой теплотой она говорила о том, что Алексей Октябринович предпочитал бредовым вещам мягонькие и простенькие, а свитер, в котором расхаживал герой Сергея в Брате, она нашла чуть ли не на помойке...), Вячеслав Бутусов (словосочетание светлый человек из его уст в адрес Бодрова прозвучало не раз) и другие, а дополнили их слова фрагменты интервью с Балабановым, которое Шепотинник записал лет 20 (если не больше) назад.
Все эти люди делились разными воспоминаниями. Говорили о Сергее Бодрове по-разному. Но одно и то же слово применительно к нему произнесли они все. Из уст всех тех, кому довелось работать/общаться/дружить с ним, звучало: ...его органика, он очень органичен. Разные люди увидели в одном человеке одно и то же. Органику. Естественность. И именно в этом кроется секрет популярности исполнителя роли Данилы Багрова. Ему веришь. И веришь Бодрову в любой роли.
Он сыграл в целом ряде фильмов, но особое внимание в Нас других не будет было уделено именно Брату. Культовая балабановская дилогия подарила россиянам народного героя — Данилу Багрова. В этот период на свет появилось много ребят, которых назвали так — Данила, — рассказывает С. Сельянов. А сам исполнитель этой роли (в картину включены фрагменты архивных интервью С. Бодрова) признавался, что этот герой для него уже стал реально существующим человеком.
Смотря Нас других не будет, искренне хочется улыбаться. Потому что люди, вспоминающие главного героя, тоже улыбаются. Как и он сам, смотря в наш 2021-й год с архивных кадров. А если на его лице и не видно улыбки — улыбаются его добрые голубые глаза. Хочется улыбаться от странного, но такого тёплого сочетания мужественности и детской трогательности в героях, воплощённых виновником торжества, да и в нём самом. От отсутствия поминальных интонаций в голосах говорящих о нём людей. Даже в рассказе о трагедии Кармадонском ущелье этих интонаций нет. Да, есть боль и сожаление, но информация подаётся в виде фактов, а не причитаний сквозь слёзы. Да, больно. Но вместе с этим удивительно светло. Зритель не плачет. Зритель ощущает, будто бы его душу завернули в тёплый плед. Зритель улыбается, он ведь тоже знает, что сила в правде...
Всем тем, чьи высказывания звучат в этом фильме, режиссёр задавал один вопрос: Можно ли снять оптимистический фильм о Сергее Бодрове?. И отвечали все на этот вопрос однозначно положительно.
Нас других не будет — как раз такой фильм. Оптимистический и — здесь стоит повториться — полный света, полный той самой Правды.