Олег Артемьев: «Мы полетим к другим планетам и звездам. Я в этом уверен»
В дни 55-летия первого полета в космос Юрия Гагарина Челябинск посетил космонавт-испытатель Олег Артемьев. В программе визита были и многочисленные встречи, и поздравление с днем рождения группы компаний МКС — лидера в области малой энергетики Урала. Нашел Артемьев время и для интервью «Челябинскому обзору».
— Работа космических кораблей не может обойтись без энергетики, более того, именно космос, по сути, стал проводником в обычный мир передовых энергетических технологий и разработок. А что из себя на деле представляет энергосистема космической станции?
— Главное — она автономна. На Земле есть множество источников энергии — нефть, газ, другие полезные ископаемые, ветер, приливы и так далее. У нас же есть в качестве энергии только солнце. Находясь на свету, с помощью солнечных батарей мы берем энергию, и накапливаем в аккумуляторах, а когда станция в тени — тратим накопленное.
— Были ведь и аппараты с ядерными энергетическими установками...
— Да, действительно. В том числе советские радиолокационные спутники. Но после того, как один из этих аппаратов потерпел аварию и упал на территории Канады (речь идет о спутнике «Космос-954» в 1978 году — прим. редакции) был введен мораторий на их запуск. А те спутники, что еще оставались, были переведены на орбиту хранения. Ядерная энергетика в космосе — это будущее, которое позволит решить многие энергопроблемы сегодняшней работы в космосе: масса корабля, дальность и продолжительность его полета и так далее. В России идет разработка ядерной установки, но пока она недостаточно безопасна для экипажа. Сейчас мы пользуемся только солнцем.
— А сколько энергии нужно космической станции? Какова мощность ее энергетической системы?
— Хороший вопрос... (улыбнулся, но задумался, а после — начал вести расчеты на листке бумаге). Около 115 киловатт. Это не так много — как несколько частных домов. Но планируется, что станцию дополнит еще один блок — многоцелевой лабораторный модуль, и общая энерговооруженность подрастет.
Кстати, на Международной космической станции (МКС) у нас с американцами сложился своего рода энергетический симбиоз. Дело в том, что их сегмент гораздо более вооружен с точки зрения электричества, и мы у них подпитываемся. Но они зависят от наших двигателей и топлива, которые позволяют поднимать орбиту или менять её. Мы очень хорошо дополняем друг друга, и этот статус-кво будет существовать до планируемого завершения работы МКС в 2024-м году.
— Похоже ли обслуживание энергосистемы космической станции на то, чем занимаются на земле электрики, энергетики?
— Похоже. Если нужно дооснастить модуль каким-то оборудованием или аппаратурой, то надо прокладывать провода за панелями, зафиксировать в жгутах тех проводов, которые уже проложены. Если что-то из аппаратуры не работает или есть повреждение, то надо «прозванивать» цепь, и так далее... Всё, как на Земле. Разве что с учетом невесомости (улыбается). И инструменты все земные — отвертка-тестер, мультиметр — хоть и прошедшие жесточайшие испытания, прежде чем попасть на станцию.
— Аварии с электричеством во время вашего полета случались?
— Главная опасность на станции — это статическое электричество. Оно может просто уничтожить оборудование, компьютеры, какие-то эксперименты. Поэтому главная заповедь — работать со специальными браслетами заземления.
— Технологии в последнее время очень сильно развиваются. В том числе — бытовые...
— Это верно. Обычный айпод (айфон без функции собственно телефона) позволяет и фотографии классные делать, и использовать его при ремонтах в труднодоступных уголках станции. А вообще-то его берут на корабль в качестве средства психологической поддержки — туда закачивают музыку, видео с родными и близкими и так далее...
— А куда приведет развитие технологий космическую отрасль? В какую сторону будет развиваться мирный космос?
— Думаю, будущее будет похоже на то, что мы видим сегодня в фантастических фильмах. Это на самом деле неудивительно. Просто посмотрите титры того же «Интерстеллара» — там среди консультантов ведущие мировые ученые.
Если же конкретно — то все оборудование станет легче, меньше в размерах, надежнее. Обязательно будет на кораблях искусственная гравитация.
— Буквально на днях известный российский инвестор Юрий Мильнер вместе со знаменитым физиком Стивеном Хокингом объявили о вложении 100 миллионов долларов в поиск технологий, которые позволят через определенное время создать миниатюрный космический аппарат, который можно будет отправить с околосветовой скоростью на ближайшую к нашей звездную систему Альфа Центавра. А как вы вообще относитесь к частной космонавтике?
— Думаю, что за ними будущее. Государство все-таки значительно менее поворотливо. Посмотрите на Илона Маска, он ведь достигает успеха во всем, чем занимается, будь то ракета «Фалкон-9», солнечные батареи или электромобиль «Тесла». Эти люди двигают всё вперед. А мы ведь рано или поздно полетим дальше, к другим планетам и звездам.
— Вы в этом уверены?
— Абсолютно. Солнце не вечно, и рано или поздно с Земли надо будет сваливать (улыбается).
— А что случится раньше — умрет Солнце, или люди «убьют» Землю?
— Если мы не найдем «запасные» планеты, те места, куда мы можем убрать с земли вредные производства, такие, как у вас в Челябинске, то Землю мы прикончим. А вот если нам удастся колонизировать Луну, Марс, Солнечную систему, то мы сможем сохранить родную планету такой, какая она есть, как заповедник.
— Из космоса видно, как человек уродует Землю?
— Конечно, видно. Один из экспериментов, который проводится на международной космической станции, называется «Ураган». Его цель — мониторинг тех мест, которые предрасположены к экологическим катаклизмам и катастрофам. Скажу честно, там, где огромные, тяжелые производства — картинка бывает та еще. Просто жалко планету.
Ужасная вещь — катастрофа, связанная с ядерной энергетикой. Такая, как случилась в Японии, на «Фукусиме». Все-таки строить атомные станции в таких местах, которые подвержены природным катаклизмам — дело очень опасное.
Но, знаете что? Мой полет проходил во время активной части конфликта на Украине. И картина боевых действий, их последствий, еще ужаснее.
— У вас, надеюсь, впереди еще не один полет в космос. Что вы сделаете, если во время него вы встретите инопланетянина? Что вы ему скажете? Есть вообще какие-то инструкции на этот счет?
— Говорить я сразу, пожалуй, ничего не буду. Первое, что надо делать — снимать видео, фото, подключать все возможные средства регистрации, звать кого-то в свидетели. А то многие говорят, что встречались с инопланетянами, а показать ничего не могут. Ты же не знаешь, что у него на уме — а вдруг он тебя съест? (улыбается) Значит, надо, чтобы от тебя что-то осталось. Это вообще-то принцип любого испытателя при действиях в нештатной ситуации — чтобы следующий человек не сделал ошибки, или избежал опасности.
— Вы часто ездите по стране?
— Примерно 10–20 процентов нашего рабочего времени между полетами уходят на популяризацию космонавтики.
— Хотят ли сегодняшние дети стать космонавтами?
— Сейчас гораздо больше, чем еще десять лет назад. И это очень хорошо.
«Челябинский обзор» благодарит за помощь в организации интервью пресс-службу Группы компаний МКС.
— Работа космических кораблей не может обойтись без энергетики, более того, именно космос, по сути, стал проводником в обычный мир передовых энергетических технологий и разработок. А что из себя на деле представляет энергосистема космической станции?
— Главное — она автономна. На Земле есть множество источников энергии — нефть, газ, другие полезные ископаемые, ветер, приливы и так далее. У нас же есть в качестве энергии только солнце. Находясь на свету, с помощью солнечных батарей мы берем энергию, и накапливаем в аккумуляторах, а когда станция в тени — тратим накопленное.
— Были ведь и аппараты с ядерными энергетическими установками...
— Да, действительно. В том числе советские радиолокационные спутники. Но после того, как один из этих аппаратов потерпел аварию и упал на территории Канады (речь идет о спутнике «Космос-954» в 1978 году — прим. редакции) был введен мораторий на их запуск. А те спутники, что еще оставались, были переведены на орбиту хранения. Ядерная энергетика в космосе — это будущее, которое позволит решить многие энергопроблемы сегодняшней работы в космосе: масса корабля, дальность и продолжительность его полета и так далее. В России идет разработка ядерной установки, но пока она недостаточно безопасна для экипажа. Сейчас мы пользуемся только солнцем.
— А сколько энергии нужно космической станции? Какова мощность ее энергетической системы?
— Хороший вопрос... (улыбнулся, но задумался, а после — начал вести расчеты на листке бумаге). Около 115 киловатт. Это не так много — как несколько частных домов. Но планируется, что станцию дополнит еще один блок — многоцелевой лабораторный модуль, и общая энерговооруженность подрастет.
Кстати, на Международной космической станции (МКС) у нас с американцами сложился своего рода энергетический симбиоз. Дело в том, что их сегмент гораздо более вооружен с точки зрения электричества, и мы у них подпитываемся. Но они зависят от наших двигателей и топлива, которые позволяют поднимать орбиту или менять её. Мы очень хорошо дополняем друг друга, и этот статус-кво будет существовать до планируемого завершения работы МКС в 2024-м году.
— Похоже ли обслуживание энергосистемы космической станции на то, чем занимаются на земле электрики, энергетики?
— Похоже. Если нужно дооснастить модуль каким-то оборудованием или аппаратурой, то надо прокладывать провода за панелями, зафиксировать в жгутах тех проводов, которые уже проложены. Если что-то из аппаратуры не работает или есть повреждение, то надо «прозванивать» цепь, и так далее... Всё, как на Земле. Разве что с учетом невесомости (улыбается). И инструменты все земные — отвертка-тестер, мультиметр — хоть и прошедшие жесточайшие испытания, прежде чем попасть на станцию.
— Аварии с электричеством во время вашего полета случались?
— Главная опасность на станции — это статическое электричество. Оно может просто уничтожить оборудование, компьютеры, какие-то эксперименты. Поэтому главная заповедь — работать со специальными браслетами заземления.
— Технологии в последнее время очень сильно развиваются. В том числе — бытовые...
— Это верно. Обычный айпод (айфон без функции собственно телефона) позволяет и фотографии классные делать, и использовать его при ремонтах в труднодоступных уголках станции. А вообще-то его берут на корабль в качестве средства психологической поддержки — туда закачивают музыку, видео с родными и близкими и так далее...
— А куда приведет развитие технологий космическую отрасль? В какую сторону будет развиваться мирный космос?
— Думаю, будущее будет похоже на то, что мы видим сегодня в фантастических фильмах. Это на самом деле неудивительно. Просто посмотрите титры того же «Интерстеллара» — там среди консультантов ведущие мировые ученые.
Если же конкретно — то все оборудование станет легче, меньше в размерах, надежнее. Обязательно будет на кораблях искусственная гравитация.
— Буквально на днях известный российский инвестор Юрий Мильнер вместе со знаменитым физиком Стивеном Хокингом объявили о вложении 100 миллионов долларов в поиск технологий, которые позволят через определенное время создать миниатюрный космический аппарат, который можно будет отправить с околосветовой скоростью на ближайшую к нашей звездную систему Альфа Центавра. А как вы вообще относитесь к частной космонавтике?
— Думаю, что за ними будущее. Государство все-таки значительно менее поворотливо. Посмотрите на Илона Маска, он ведь достигает успеха во всем, чем занимается, будь то ракета «Фалкон-9», солнечные батареи или электромобиль «Тесла». Эти люди двигают всё вперед. А мы ведь рано или поздно полетим дальше, к другим планетам и звездам.
— Вы в этом уверены?
— Абсолютно. Солнце не вечно, и рано или поздно с Земли надо будет сваливать (улыбается).
— А что случится раньше — умрет Солнце, или люди «убьют» Землю?
— Если мы не найдем «запасные» планеты, те места, куда мы можем убрать с земли вредные производства, такие, как у вас в Челябинске, то Землю мы прикончим. А вот если нам удастся колонизировать Луну, Марс, Солнечную систему, то мы сможем сохранить родную планету такой, какая она есть, как заповедник.
— Из космоса видно, как человек уродует Землю?
— Конечно, видно. Один из экспериментов, который проводится на международной космической станции, называется «Ураган». Его цель — мониторинг тех мест, которые предрасположены к экологическим катаклизмам и катастрофам. Скажу честно, там, где огромные, тяжелые производства — картинка бывает та еще. Просто жалко планету.
Ужасная вещь — катастрофа, связанная с ядерной энергетикой. Такая, как случилась в Японии, на «Фукусиме». Все-таки строить атомные станции в таких местах, которые подвержены природным катаклизмам — дело очень опасное.
Но, знаете что? Мой полет проходил во время активной части конфликта на Украине. И картина боевых действий, их последствий, еще ужаснее.
— У вас, надеюсь, впереди еще не один полет в космос. Что вы сделаете, если во время него вы встретите инопланетянина? Что вы ему скажете? Есть вообще какие-то инструкции на этот счет?
— Говорить я сразу, пожалуй, ничего не буду. Первое, что надо делать — снимать видео, фото, подключать все возможные средства регистрации, звать кого-то в свидетели. А то многие говорят, что встречались с инопланетянами, а показать ничего не могут. Ты же не знаешь, что у него на уме — а вдруг он тебя съест? (улыбается) Значит, надо, чтобы от тебя что-то осталось. Это вообще-то принцип любого испытателя при действиях в нештатной ситуации — чтобы следующий человек не сделал ошибки, или избежал опасности.
— Вы часто ездите по стране?
— Примерно 10–20 процентов нашего рабочего времени между полетами уходят на популяризацию космонавтики.
— Хотят ли сегодняшние дети стать космонавтами?
— Сейчас гораздо больше, чем еще десять лет назад. И это очень хорошо.
«Челябинский обзор» благодарит за помощь в организации интервью пресс-службу Группы компаний МКС.