Закавказье: обеспечение стабильности и нейтрализация угроз
О роли Закавказья в современном мире, задачах российской внешней политики в регионе, проблемах и путях возможного решения рассказывает Александр Крылов, президент Научного общества кавказоведов (НОК), эксперт ИМЭМО РАН. – Александр Борисович, какова, на Ваш взгляд, роль Закавказья в современной мировой геополитике? – Вначале маленькое замечание по поводу названия Закавказье. Часть наших экспертов придает по политическим причинам принципиальное значение употреблению именно названия, которое появилось в русском языке как обозначение стран и территорий, которые лежат за Кавказским хребтом. Приграничная российская территория называется Северный Кавказ. Если исходить из простой логики, то там, где есть Северный Кавказ, должен быть и Южный. А там, где Закавказье, должно быть и Предкавказье. К тому же для людей, проживающих на Южном Кавказе, землями за Кавказским хребтом является Северный Кавказ, для них именно он становится Закавказьем. Поэтому название Южный Кавказ мне кажется более удачным, хотя и историческое название Закавказье тоже имеет полное право на существование. С таким предварительным разъяснением на этот раз я тоже буду использовать только это название, так как в ваших вопросах говорится только о Закавказье. Данный регион сохраняет важное значение в мировой политике. Это обусловлено его географическим положением на границах с Россией и Ираном, а также возможностью транзита нефти, газа и других грузов из Центральной Азии, Китая и других стран в Европу и на мировые рынки в обход территории России. В последние годы на фоне сирийских и украинских событий роль региона несколько снизилась, однако она может вновь возрасти в случае, если кто-то из ведущих мировых игроков решит его использовать в своей игре на обострение против России или Ирана. Не думаю, что такое развитие событий даст региону новые возможности для решения имеющихся проблем. Скорее наоборот, оно добавит новые вызовы и проблемы к тем многочисленным проблемам, которые уже имеются. – Каковы интересы России в регионе? Какое место отводится ему в российской внешней политике? – Главная задача российской политики в регионе – это обеспечение стабильности и нейтрализация угроз, которые исходят или могут исходить с территории Закавказья. Для России это крайне важно потому, что данный регион граничит с республиками Северного Кавказа, а ситуация там далека от стабильности. Многие эксперты указывают на уязвимость российских позиций именно здесь и часто называют Кавказ (как и Центральную Азию) «южным подбрюшьем России». Естественно, что те внешние игроки, которые ставят своей целью «сдержать» Россию и даже отправить ее в историческое небытие по пути СССР, стремятся использовать в своих целях приграничное Закавказье. И, в отличие от России, для внешних игроков дестабилизация региона и ее дальнейшее распространение в северном направлении может стать средством достижения поставленных целей. Поэтому, несмотря на то, что пока основными фронтами мировой политики остаются сирийский и украинский, вероятность разогрева ситуации в Закавказье и Центральной Азии продолжает оставаться весьма высокой. Наряду с внешним фактором для такого разогрева имеются и внутренние предпосылки, прежде всего социально-экономического характера. – В какой плоскости лежат, по Вашему мнению, основные проблемы региона – национальной, военной, политической? – Основные проблемы имеют несколько измерений: внутригосударственные проблемы, межгосударственные в рамках региона, противоречия и конфликты с приграничными с регионом государствами (Иран, Россия, Турция) и проблемы, которые продиктованы ролью региона в мировой политике, в том числе стремлением основных игроков использовать его в собственных интересах. Все остальное связано, подчинено или обусловлено именно этими базовыми измерениями. – Как может повлиять на расклад сил в регионе вступление Грузии в НАТО и присутствие натовских войск в Закавказье? Не угрожает ли суверенитету Грузии возрастающая зависимость от Запада в военном и политическом плане, от Турции и Азербайджана в экономическом отношении? – Первым сроком вступления Грузии в НАТО назывался 2006 год. Реальных шансов на полноправное членство в этой организации у Грузии не было и нет, так как в этом случае у США и их союзников появились бы юридически оформленные обязательства перед Грузией. Проще такие обязательства не брать на себя изначально, чем потом объяснять, почему они были нарушены. Целью американской политики является использование других стран, но никак не создание дополнительных проблем для США. Такие проблемы обязательно возникнут в случае принятия Грузии в НАТО. Поэтому Грузии много обещают, заключают разные соглашения, призванные продемонстрировать «привилегированный» характер ее отношений с Западом, но не берут на себя никаких реальных и юридически зафиксированных обязательств. НАТО еще при Шеварднадзе освоило территорию Грузии и с тех пор использует ее по мере надобности в собственных целях. Напомню, что еще в 2003 г. между США и Грузией было заключено соглашение о сотрудничестве в военной области. На фоне той жесткой критики, которой подвергают Россию многие армянские СМИ, оно весьма показательно для сравнения подходов России и США к условиям военного сотрудничества со своими союзниками. По соглашению 2003 года на территории Грузии американским военным были предоставлены следующие права и привилегии: – беспаспортный и безвизовый режим пребывания на территории Грузии, освобождение от всех видов налогов и сборов, свободное ношение оружия; – полный дипломатический иммунитет для всех военнослужащих: в случае совершения преступления военнослужащие США не подпадают под грузинскую юрисдикцию, не могут быть переданы ни в международный трибунал, ни в какую-либо другую международную организацию или страну, а будут отвечать за содеянное у себя дома по американским законам; – контракты на приобретение товаров, услуг и на строительство объектов Пентагон заключает в Грузии в соответствии с американским законодательством. Ввоз и вывоз домашних вещей и других товаров военным и гражданским персоналом ВС США не облагается таможенной пошлиной; – переброска любой американской военной техники на грузинскую территорию осуществляется по первому требованию командования вооруженных сил США, которое пользуется полной свободой в ее дальнейшей передислокации. Соглашение 2003 года зафиксировало право США размещать в Грузии оружие любого вида. Поэтому для США нет надобности в официальном оформлении размещения своих военных баз в Грузии, фактически они там давно существуют. Эффективность же американских гарантий безопасности Грузии была наглядно продемонстрирована в августе 2008 года. Для Грузии ратификация соглашения 2003 года о военном сотрудничестве с США означала утрату суверенитета. По мнению Александра Чачия, его результатом стал «фактически колониальный статус Грузии, который является прямым издевательством над национальными чувствами грузинского народа и абсолютно игнорирует национальный суверенитет». Вскоре после этого политическое поле Грузии подверглось жесткой зачистке, и политики, стремившиеся отстаивать национальные грузинские интересы, подверглись травле и репрессиям как национальные предатели и «агенты Кремля». Однако опыт Грузии в качестве «маяка западной демократии» на постсоветском пространстве оказался не слишком вдохновляющим для ее граждан. Обещанного рая не наступило, и по мере избавления от неоправданных иллюзий в грузинском обществе наблюдается изменение общественных настроений. Так что национально ориентированные политики могут получить шанс вернуться в политическую жизнь Грузии. – На какой платформе, на Ваш взгляд, может быть урегулирован конфликт между Грузией, с одной стороны, и Абхазией и Южной Осетией – с другой? – В нынешней ситуации такой платформы не существует. Стороны занимают взаимоисключающие позиции, никакого компромисса ожидать не приходится. Признание Россией и размещение российских военных баз гарантируют безопасность Абхазии и Южной Осетии, делают невозможным для Грузии повторение новых попыток силового решения проблемы. Ситуация может измениться, если в Закавказье или в более широком международном контексте произойдут события, которые приведут к радикальным переменам в нынешнем балансе сил, изменят ситуацию в Грузии и/или в регионе в целом. Для государств региона такое развитие событий чревато новыми угрозами и испытаниями. Но оно может открыть и новые пути для выхода из нынешнего тупика. – Что, по Вашему мнению, можно и нужно предпринять, чтобы снять наконец блокаду Армении? – Еще недавно, лет 15 назад был возможен вариант «мягкого» признания Турцией геноцида армян 1915 г. с последующей нормализацией армяно-турецких отношений. Он предусматривал получение Турцией гарантий, что к ней не будет предъявляться требований компенсаций потомкам жертв геноцида, территориальных претензий со стороны Армении и т.п. В результате могла произойти полная нормализация армяно-турецких отношений с полным разблокированием путей сообщения через турецкую территорию. С тех пор ситуация изменилась, уровень враждебности в отношениях Армении с соседними Турцией и Азербайджаном резко повысился, и теперь этот вариант уже не представляется возможным. Вдобавок у Турции и Азербайджана имеется много рычагов давления на Грузию, и они успешно блокируют даже попытки Тбилиси обсудить варианты восстановления железнодорожного сообщения через Абхазию. С другой стороны, у Турции и Азербайджана нет возможности полностью заблокировать Армению. Так что в нынешней патовой ситуации рассчитывать на скорое решение данной проблемы не приходится. В более отдаленной перспективе могут появиться какие-то новые возможности решения данной проблемы, и они могут быть самыми разными. – Как, на Ваш взгляд, можно разрешить конфликт в Нагорном Карабахе? Реально ли установление мира? – Есть три основных пути: мирный компромисс, военное решение с разгромом и капитуляцией одной из сторон конфликта либо принуждение сторон к миру путем международного давления в разных формах. Пока нет оснований ожидать, что один из этих путей уже скоро может привести к решению проблемы. Здесь та же патовая ситуация, как в отношении перспектив разблокирования Армении. И здесь в более отдаленной перспективе могут появиться новые возможности решения проблемы, и они могут быть самыми разными. Апрельские события повысили вероятность военного сценария, но при нынешнем балансе сил вряд ли он сведется к быстрой и победоносной войне с быстрым разгромом одной из сторон. Надеюсь, что ни в Баку, ни в Ереване не возьмут верх «шапкозакидательские настроения», чреватые новыми большими трагедиями. На скорое установление мира путем взаимоприемлемого компромисса в нынешней ситуации рассчитывать нереалистично. Прогрессом стало бы снижение нынешнего высокого уровня конфронтации, возврат к ситуации «замороженного конфликта» с созданием эффективной системы мониторинга ситуации на фактической линии фронта, что создало бы условия для активизации мирного процесса. – Как Вы думаете, имеет ли Турция территориальные амбиции в отношении Закавказья? Она практически напрямую действует через Азербайджан, все активнее проникает в Грузию, Абхазию. – Действительно, Турция ведет на Кавказе активную политику, успешно осваивает Аджарию и другие грузинские регионы. Делается это разными способами, в том числе путем масштабной миграции турок на территорию Грузии. Это обостряет ситуацию (конфликты по поводу строительства новых мечетей и пр.) и несет вполне очевидные угрозы для Грузии. В Абхазии подобного массированного проникновения не происходит. Наоборот, в последние годы турецкие позиции здесь ослабевают, тому есть много причин. В настоящее время у Турции слишком много собственных проблем, а также проблем с соседними государствами, особенно на ее южных границах. Поэтому пока кавказское направление для Анкары далеко не основное, здесь речь больше идет о сохранении своих позиций в регионе, чтобы их можно было использовать для решения более амбициозных задач в будущем в более благоприятных для Турции условиях. – Считаете ли Вы, что за интересами Турции стоят США или она ведет собственную игру? – Турция – это самостоятельное государство, его руководителей никак нельзя отнести к разряду марионеток внешних сил. Проблема заключается в избранном этими руководителями курсе внешней и внутренней политики, который обострил ситуацию внутри страны, испортил отношения с соседями и основными мировыми игроками. У США много проблем в отношениях с турецким руководством, но, учитывая стратегическое значение Турции, американская администрация вынуждена с ним считаться. В частности, это проявляется в вопросе признания геноцида армян 1915 года и в той словесной эквилибристике, к которой вынуждены прибегать в Вашингтоне, чтобы не признавать и даже не произносить термина «геноцид». Подобная робость Вашингтона в отношениях с турецким союзником выглядит особенно наглядной на фоне недавнего официального признания геноцида армян германским бундестагом. – Членом Евразийского экономического союза из стран Закавказья является только Армения, как Вы думаете, возможно ли вступление в ЕАЭС ее соседей? – При расширении ЕАЭС лучше всего следовать известному принципу «лучше меньше, да лучше». Для ЕАЭС важно сделать выводы из неудачного опыта Евросоюза, который за последнее десятилетие убедительно продемонстрировал порочность политики «расширения ради расширения». У соседей Армении вступление в ЕАЭС не стоит в политической повестке дня. У них совсем другие цели и ориентиры, вряд ли стоит ожидать их быстрой и радикальной смены. Для самого ЕАЭС как интеграционного объединения невыгодно включение новых членов с их многочисленными проблемами, так как это приведет к росту противоречий внутри союза и его последующей недееспособности. Вряд ли ЕАЭС стоит идти по пути СНГ и вновь повторять одни и те же ошибки. – Иран, а также Китай четко обозначили свои экономические интересы в Закавказье, каковы, по Вашему мнению, плюсы, а возможно, и минусы реализации этих интересов? – Рост влияния этих держав в регионе несет с собой новые возможности и новые проблемы. Для государств региона важно суметь воспользоваться новыми возможностями для решения имеющихся проблем, для обеспечения собственных интересов, прежде всего в плане социально-экономического развития. Повышение роли Китая и Ирана в жизни Закавказья сделает политическую и экономическую картину Закавказья более многоцветной. Пойдет ли это на пользу государствам региона, зависит в первую очередь от них самих, от их способности защищать собственные политические и экономические интересы. – Что, на Ваш взгляд, необходимо предпринять России, чтобы усилить свое влияние в регионе? – Прежде всего России следует продемонстрировать успешный пример в плане собственного политического и экономического развития. На фоне нынешнего экономического кризиса и нарастающих в ЕС дезинтеграционных тенденций сделать это легче, чем лет 10-15 назад, когда европейский выбор казался для многих совершенно безальтернативным. Теперь очевидно, что любой выбор не является идеальным и не ведет к автоматическому решению всех проблем. За последние 15 лет ситуация в России, ЕС, в мире в целом радикально изменилась. Дальнейшие перспективы России на международной арене, успех проекта евразийской интеграции и Евразийского союза будут определяться степенью успешности и привлекательности самой России в сравнении с другими интеграционными проектами и основными международными игроками. Успешное развитие России гарантирует сохранение ее важной роли в Закавказье, на постсоветском пространстве и в мире. Остальное вторично. – Какие задачи ставит перед собой НОК? Каковы практические результаты деятельности общества за 6 лет работы? – Научное общество кавказоведов было создано в 2010 году с целью объединения ученых-кавказоведов для решения актуальных теоретических и практических проблем в данной области знаний, содействия научному изучению Кавказа в его тесной взаимосвязи с общемировым развитием, для работы по просвещению населения в области культурного и исторического наследия народов Кавказа и популяризации достижений современного кавказоведения. Деятельность общества весьма разнообразна. Удалось провести 14 международных конференций и круглых столов в России, Абхазии, Армении, Южной Осетии. Особенно примечательной стала конференция «Геополитика Кавказа», которая прошла в 2013 году в Париже в конференц-зале Национального собрания Франции. Тематика наших конференций постоянно меняется, так как многие недавно актуальные темы уже никого не интересуют, им на смену приходят совсем другие темы, которые быстро приобретают глобальный и острый характер. Наши первые конференции были посвящены анализу результатов двадцатилетнего постсоветского развития Кавказа, достижений в построении избранной государствами региона западной модели демократии, а также тех проблем, которые осложняли процесс модернизации и социально-экономическое развитие. Довольно долго наиболее успешным примером демократизации и модернизации представлялась Грузия, ее примеру предлагалось следовать тем странам, которые продолжали оставаться в «серой зоне» и в «евразийском болоте». Теперь очевидно, что не только Грузия, но и сам расширившийся Евросоюз не стал обещанным «европейским раем». С другой стороны, Россия возвратила себе роль одного из основных мировых игроков, а «евразийское болото» оказалось куда более жизнеспособным, чем раньше полагали многие. Вокруг России развивается новый интеграционный проект Евразийского экономического союза, который имеет тенденцию к расширению на восток и юг от прежних советских границ. В последние годы важнейшим фактором международной политики стали «Исламское государство» (ИГ) и другие радикальные исламские организации, поставившие своей целью создание Всемирного халифата. Это определило тему нашей последней конференции в Москве: «Религия и политика на юге России: аспекты взаимодействия». Важнейшим направлением деятельности Научного общества кавказоведов является работа специализированного сайта WWW.KAVKAZOVED.INFO, который освещает историческое прошлое и современные проблемы Кавказа. Благодаря плодотворной деятельности главного редактора нашего сайта Андрея Арешева сформировался устойчивый круг постоянных авторов из России, Армении, Азербайджана, Грузии и других государств. Интенсивно развиваются партнерские и информационные связи со специализированными интернет-ресурсами, новостными агентствами России и государств Кавказа. Отрадно, что с самого начала существования НОК у нас были установлены тесные отношения с газетой «Ноев Ковчег». Надеюсь, что наше плодотворное сотрудничество будет продолжаться и в дальнейшем. Беседу вел Григорий Анисонян