От Чаплина до Гитлера. Артист балета о том, каково играть антигероев
В его репертуаре - две яркие роли титанических мужчин: комика всех времен и народов Чарли Чаплина и главного злодея двадцатого столетия Адольфа Гитлера. Он виртуозен не только в классической хореографии, но и в современных номерах. Солист махачкалинского театра оперы и балета Эльдар Ильясов рассказывает «АиФ-Дагестан» о переживаниях, нелегкой работе и о том, каково существовать в образе великих.
От комика до диктатора
Ума Саадуева, «АиФ-Дагестан»: Эльдар, поправь меня, если я не права, но мне кажется, что мужчина, выбравший делом жизни танцы, рожден с каким-то внутренним пламенем, которое нужно обязательно выплескивать, чтобы не спалить себя и не поджарить окружающих.
Эльдар Ильясов: Вполне возможно, что ты права. Секрет творческой личности очень прост – человек, который хочет полностью себя отдать искусству не только вокальному, но и сценическому, должен обладать твердым характером и огромным терпением. Выкладываться на сцене всецело, а не наполовину. Профессия артиста не терпит халтуры.
- Играя великого Чаплина, вряд ли удастся схалтурить.
- Когда вживаешься в роль той или иной личности, ты начинаешь буквально жить, как он, думать как он. Основной идеей спектакля «Чарли – великий маг» является именно образ самого героя Чаплина, который по своей натуре был человеком очень добрым и разносторонне развитым. Тут просто не имеешь право сфальшивить. Перед артистами стояла одна задача - передать эмоции без использования слов. Как в немом кино. И многие из наших артистов замечательно владеют этим мастерством. Дар не является вдруг. Искра заложена в человека как минимум с рождения, я в этом уверен. Пусть она домашними будет сначала не опознана. Скоро загорится и сама заявит о себе – либо необычными умственными способностями, либо чарующим голосом, красивыми художественными линиями. По-всякому.
- В 1889 году, а именно - в апреле, на свет появились два человека, которые так или иначе прославились не только в Европе, но и по всему миру - Чарли Чаплин и Адольф Гитлер. И ты сыграл обоих. Это очень, мне кажется, удобно - иногда под настроение танцевать.
- Порою да, если попадать под настроение. Что одна роль, что вторая мне дались не так тяжко, как казалось бы, но и не так легко, как хотелось бы. Кажется, что антигероя играть легко: заостри все черты и доведи до абсурда - и вроде бы дело сделано. Как было у Чаплина в «Великом диктаторе». Чаплиновский Гитлер остается гениальным воплощением антигероя в жанре обличительной комедии. У них были не только внешние сходство, как невысокий рост и маленькие усики, но и в жизненных позициях. Оба были вынуждены всеми силами бороться за выживание. Просто один стал гуманистом, а второй - злодеем. Конечно, когда-нибудь еще будут и «другие гитлеры», но очень надеюсь, что только в кино.
- После роли в «Великом маге» проснулся знаменитым?
- Вспомнил, как-то наш художественный руководитель Муса Хазботович Оздоев сказал мне: ты однажды проснешься знаменитым. Приятно было это слышать. Честно сказать, никогда не мечтал о славе и признательности. Да, зрители встретили тепло, им очень понравилось, но это еще не всенародная слава (улыбается). Известность всегда сопровождала тех, кто сделал что-то значимое, достиг успеха или совершил подвиг. Пока, как мне кажется, рано расслабляться.
Роли коротышек
- Эльдар, у тебя два красных диплома, но полученные не по специальности. Образование не так уж важно в искусстве?
- Учиться никогда не поздно, поэтому я рассчитываю в скором времени получить актерское образование. Танцы – это моя страсть с детства, но я и любитель поковыряться в технике. В школе и в институте ходил на танцевальные кружки. У нас был студенческий танцевальный коллектив под названием «Крит», потом играл в команде КВН «Дальше - больше». Неплохое у нас было начало, но по окончанию института все распалось. Актер Юсуп Омаров 10 лет назад позвал меня в театр оперы и балета, где я по сей день и тружусь. Вначале из-за моего маленького роста меня не очень желали брать, но я знал, что в театре мне предстоит большая работа. Не всех, кто приходит, ставят в самый конец. Всё зависит от человека, станет он большим артистом или так и останется в массовке. Меня тоже брали в театр не на главные роли, но через какое-то время Муса Хазботович признался, что он во мне увидел именно Чаплина. И вот уже 7 лет как я воплощаюсь в него на сцене.
- Нет страха того, что тебе всю свою театральную жизнь из-за небольшого роста придется играть роли героев-коротышек?
- Рост – это мой отличительный знак. Он тоже очень пригоден в искусстве (смеется). У меня нет комплексов по этому поводу. Скольких знаменитостей я могу еще сыграть благодаря своему росту: Наполеона, Бетховена, Бальзака. Тут немалые плюсы.
- По сути, артисту балета не так уж и тяжело: слов нет, эмоции передаешь в движениях, играешь взглядом. Отработал и пошел домой.
- Никто не говорит о том, кому сложней, а кому легче. Тут специфика другая. У каждого своя функция деятельности. Честно скажу, что отрицание на сцене всегда играть намного проще, чем положительных героев, потому что быть положительным на сцене, как и в жизни, наверное, сложнее. Не так легко играть взглядом и телом, как может показаться. Непросто играть комические роли так, чтобы люди смеялись от души, но именно это мне и нравится – смешить народ. Трагедий и в жизни хватает. Зарядив зрителей позитивом, я и сам заряжаюсь некой энергией.
- Ну, тогда прямая дорога в цирк.
- Я бы с удовольствием, но уже возраст не тот. Наш балетмейстер часто с сожалением говорит о том, что мое место в цирке, но поздно спохватились. Конечно, и в театре тоже много интересного. Это работа для одержимых. Если нет драйва, цели или, как сейчас принято говорить, мотивации стать лучшим в профессии - ничего не добьешься. Рост должен быть каждый день. Всё, что вчера казалось тебе невероятно сложным, сегодня должно быть легко и непринужденно.
- Например?
- Когда я учился кататься на одноколесном велосипеде для роли, думал, что не научусь ни за что. Сначала было тяжело взбираться на седло и удержаться на нем. Казалось это просто невозможным испытанием, но не было такого ощущения, что хотелось все бросить и убраться вон. Я знал, что научусь. Начатое нужно доводить до конца. Я взялся и сделал это. Научился жонглировать. Да много чему меня театр научил. Чем тут не цирк?
Впереди планеты всей
- Если говорить о каких-то известных постановках, ты просматриваешь видеозаписи предшественников, что-то читаешь, может быть, куда-то едешь? Как происходит подготовка?
- Когда я начинаю готовить новую роль, то я смотрю, как это исполняли артисты до меня, великие артисты. Готовясь к спектаклю «Чарли – великий маг», я пересмотрел много записей с легендарным комиком. Его талант неопровержим, ведь неимоверно сложно без слов передать характер и настроение персонажа и донести идею. Я брал от великих то, что они хорошо делали, и пытался повторить. Вот ты смотришь, пытаешься скопировать, но не всегда это хорошо на тебе. Надо видеть тонкую грань и фильтровать: что-то можно взять, а что-то нет. Я считаю, что молодое поколение должно учиться у старших. Надеюсь, через несколько лет они будут включать записи с нашими выступлениями и будут учиться так же, как мы учимся у великих артистов.
- Как пел когда-то Юрий Визбор: «Зато мы делаем ракеты и перекрыли Енисей. А также в области балета мы впереди планеты всей!» А вот в Дагестане люди далеки от подобного рода искусства?
- У нас разносторонний народ: кто-то любит спорт, а кто-то искусство. В театр дагестанцы ходят – его любят. Да, есть такие, которые не имеют понятия о том, что такое балет и с чем его едят. Но без них никак. Если ты намекаешь на то, не тяжко ли в Дагестане быть солистом балета, то отвечу: главное абстрагироваться и, прежде всего, любить свою работу. Сначала нужно открыть для себя мир балета. На самом деле он не такой большой, как кажется. Для того, чтобы понять классические постановки, нужно иметь определенную подготовку. Но откуда ее взять человеку, который никогда не занимался танцами и не имеет представления о них? Конечно, в интернете вы можете стать зрителем грандиозных спектаклей, увидеть всемирно известных артистов балета. Но ведь это - совсем другие ощущения.
- Мы выяснили, что театр дал и может дать тебе, а что ты можешь дать ему взамен?
- Что-то небольшое, но хочу верить, что значимое. Я серьезно отношусь к своей работе, и постараюсь проломиться и в другие роли, которые придутся по душе нашему зрителю.