«Не нарушить пришел Я, но исполнить»: что остается от Закона сегодня?
Один из самых тонких вопросов в библейской герменевтике. С одной стороны, Христос говорит, что «ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все» (Мф. 5:18). С другой — Он же демонстративно нарушает субботу, пренебрегает омовениями рук и «отменяет» закон о разводе. Как это совместить? Ответ лежит в различении трех уровней ветхозаветного закона и в понимании того, что значит «исполнить».
Первое: что именно «не прейдет» до скончания века? Святые отцы, и в их числе святитель Иоанн Златоуст, различают в законе то, что принадлежит вечной воле Божией, и то, что было лишь временным педагогическим средством. «Закон, — пишет Златоуст, — имел двоякое значение: один — естественный и пророческий, другой — приспособленный к немощи иудеев» (Беседа 16 на Мф. // PG 57, 247). Б.И. Гладков в своем «Толковании Евангелия» развивает эту мысль с редкой ясностью: законы Бога (десять заповедей, заповедь о любви к Богу и ближнему, заповедь о труде) вечны и неизменны, ибо выражают саму природу Творца и твари; законы Моисея и предания старцев — временные установления, данные по жестокосердию или для устроения ветхозаветной общины и утратившие силу с пришествием Того, Кого они прообразовали . Преподобный Иоанн Кассиан приводит примеры Авраама, Давида и Илии, которые уже в Ветхом Завете «выходили за пределы требования закона», живя не по букве, а по вере и любви . Христос, следовательно, не отменяет закон Божий — Он возвращает ему его первозданную глубину, очищая от позднейших наслоений.
Второе: что значит «исполнить»? Греческое слово πληρόω (plēroō) означает не просто «соблюсти», но «наполнить», «восполнить до полноты». Христос не отменяет заповедь «не убивай» — Он наполняет ее, запрещая даже гнев напрасно (Мф. 5:21-22). Он не отменяет субботу — Он возвращает ей ее смысл: день покоя дан для человека, а не человек для субботы (Мк. 2:27). Он не отменяет жертвы — Он Сам становится той единственной Жертвой, Которую все они прообразовали. Апостол Павел говорит: «Конец закона — Христос» (Рим. 10:4), но «конец» здесь — τελος, то есть цель, завершение, исполнение. Закон был детоводителем ко Христу (Гал. 3:24); когда пришел Учитель, роль детоводителя исчерпана, но цель, к которой он вел, — достигнута и утверждена навеки.
Третье: нарушал ли Христос закон? Исследователи отмечают, что конфликт Христа с фарисеями был конфликтом не вокруг закона Моисеева, а вокруг «преданий старцев» — тех самых многочисленных устных установлений, которые фарисеи возвели в ранг закона и которыми «отягощали людей» (Мф. 23:4) . Омовение рук, субботние ограничения сверх библейских — это «заповеди человеческие» (Мф. 15:9). Христос нарушает именно их, и делает это демонстративно, чтобы обнажить подмену: волю Божию подменили человеческими толкованиями. Ни одного нарушения собственно заповедей Декалога или нравственного закона Моисеева Евангелие нам не являет.
Четвертое: какое отношение это имеет к нам сегодня? Мы, христиане, не связаны обрядовыми, гражданскими и ритуальными постановлениями Синая — они были тенью, а тело — Христос (Кол. 2:17) . Но мы связаны нравственным законом, который Христос не отменил, а углубил и возвел на новую высоту. Заповедь «не убивай» для нас теперь — заповедь не гневаться; «не прелюбодействуй» — не вожделеть; «око за око» — не противиться злому. Это не отмена, а восполнение. Исполнить закон — значит жить не по минимальным стандартам («чтобы не быть хуже язычников»), а по максимальному призыву любви, которая есть совокупность совершенства (Кол. 3:14).
Вопрос для размышления: Не подменяем ли и мы сегодня, подобно фарисеям, живую волю Божию — любовь, милосердие, правду — набором «правильных» внешних действий, за которыми так удобно спрятать не желающее меняться сердце?