Коляда о комментировании: «Я выбираю трудный путь. Не “ты дурак, ты упал”, а постараться понять, докопаться до сути, поддержать»

— Вам уже пришлось делать со спортсменами то, что с вами раньше делали журналисты — встречать чуть живых у льда и сразу задавать вопросы. Как ощущения?

— Это невероятно сложно. Теперь я могу понять всех. Спортсменов — они с языком на плече выходят, не то что на вопросы отвечать не могут, мыслей своих не слышат. Журналистов — они работают. Но я не могу назвать себя журналистом. Я комментатор, спортсмен, тренер, но не журналист. Пока. Не знаю, куда меня дальше заведет моя жизненная дорога.

— Вам сложно говорить критические вещи про спортсменов?

— Говорить не сложно, сложно тактично сформулировать. Можно жестко рубануть, и человеку будет обидно. Я выбираю трудный путь. Не «ты дурак, ты упал», а постараться понять, докопаться до сути, поддержать. Мне нравится искать причину, что конкретно помешало спортсмену сделать элемент и выступить лучше. Критики и так хватает, а помощи, поддержки и реально полезных рекомендаций — нет. Мне этого точно не хватало в свое время.

— А сами критику как воспринимаете?

— Я тот еще самоед. Если в интернете вижу какие-то поползновения в мою сторону, думаю: ну все, меня больше в эфир не пустят, уволят.

— Наверное, пока больше всего замечаний именно от болельщиков было после вашего разбора неудачного проката произвольной программы Егора Рухина, которую, кажется, вы и ставили.

— Я по нему тогда правда довольно жестко прошелся, почувствовал порыв и не смог его сдержать. После эфира связался с Егором, он объяснил мне, в чем была причина такого проката. Я попросил его на будущее напрямую мне писать, если есть какие-то проблемы в подготовке. Он говорит: да, без проблем, все было по делу.

— Многие начинающие работать у микрофона и в кадре люди болезненно воспринимают свой голос в записи. Вам нравится себя переслушивать? — И да, и нет. Я как спортсмен и перфекционист всегда требую от себя максимального качества сделанной работы. Мне не нравится себя слушать, когда проскакивают слова-паразиты. К своему голосу я привык, отвращения к нему нет. А слушать эфиры полезно.

— Вы пробуете переосмыслить собственный опыт, когда смотрите и анализируете выступления других фигуристов?

— Я не переношу их опыт на себя — мы разные люди. Я, скорее, просто по-человечески всегда ставлю себя на их место. Катаю мысленно программу с каждым из спортсменов. Видно бывает, как им во второй части не хватает сил. Насколько трудно двигаться, тяжело дышать и так далее.

— Уже освоились в комментировании?

— В этом году стало легче, потому что я расслабился в хорошем смысле. Слова стали подбираться сами собой. Плюс я работал над этим.

— Но комок в горле есть, когда включаете микрофон?

— Конечно, каждый раз. Начинать всегда сложно, потом подотпускает. Но ровно до того момента, пока не выходят ребята, с которыми я работаю как тренер-консультант. Тогда сердце колотится, адреналин подскакивает. Бывает сложно сказать даже слова поддержки, не то что проводить аналитический разбор, — сказал Коляда.

Коляда-комментатор показал заметки в эфире: у кого «классная прога», а у кого «нервы»?