Журналист № 1 Магнитостроя

Стройка века стала гимном мужеству советского человека.

Продолжение. Начало в № 22

Благодаря упорству и настойчивости Семёна Нариньяни, первого сентября 1930 года вышел первый спецвыпуск молодёжной газеты "Комсомольская правда на Магнитострое".

Говоря об обстоятельствах появления газеты, он писал: "Печатное детище магнитогорской комсомолии родилось в муках. Многие сотни километров было исхожено по канцеляриям комбината и типографиям, много тысяч ругательных слов было пересказано, пока, наконец, комсомольский горком не призвал на помощь "чрезвычайные меры".

Семён Нариньяни был ответственным редактором первых шести спецвыпусков газеты, в которых были опубликованы его очерки "Фруктовый сок", "Зелёный шарф", "Дружба", "Пять огненных букв", "Рассказ о ведущих шестернях". Выпуск газеты сплотил рабкоровский актив. Но пока счастливая случайность не преподнесла коллективу царский подарок - передвижной вагончик-редакцию, корреспондент "Комсомолки" продолжал путешествовать по всем участкам стройки на чёрной кобыле. Редакция же размещалась "в старом ходке" - летней телеге. Лишь после того, как летом 1931 года на станцию прибыла передвижная редакция, корреспонденты различных периодических изданий, заезжие литераторы и местные активисты стали издавать газету "Даёшь чугун". Это была первая ночная газета в Советском Союзе.

В первые годы пятилетки именно на Магнитострое зарождались, проверялись на практике такие формы массово-агитационной работы, как "соревнование", "встречный план", "ударная бригада". В одном из очерков Семён Нариньяни вспомнил оригинальный способ распространения ударного почина комсомольской бригады Редина: 

"Они первыми в Магнитогорске ввели и стали перевыполнять сменно-встречные задания по вязке арматуры. Производительность труда выросла в три раза. Как сообщить об опыте арматурщиков всей стройке? Радио у нас не было. К выпуску "Магнитогорского комсомольца" горком ещё не приступал. И тогда комсомольский комитет доменного участка отпечатал в типографии соседнего района несколько тысяч этикеток с описанием работы бригады Редина. Пионеры наклеили эти этикетки в продуктовом складе на коробки папирос, на пачки с махоркой, на кульки с сахаром, солью. И на следующий день имя Редина стало самым популярным на стройке. Вслед за Рединым в число лучших попали бригады Рублёва, Козлова, Петунина, Ишмакова, Чернова".

Одна из форм массовой пропагандистской работы партии тех лет - создание выездных редакций. В период первых пятилеток они направлялись на крупнейшие стройки страны: Сталинградский тракторный завод, Днепрострой, Горьковский автозавод. В 1930 году появился первый специально оборудованный вагон, а вместе с ним возникли первые выездные редакции, что позволило им колесить по всем грандиозным стройкам страны.

 Комсомольцы станции Карталы прицепили к основному составу два "чужих" вагона - выездной редакции газеты "Гудок". Редакция, освещавшая реконструкцию сортировочных путей в Карталах, закончила работу и уехала в Москву, а вагоны остались в тупике. Их-то и отправили журналистам Магнитки:

"Всё в вагонах было в порядке, наборные кассы, печатная машина, - пишет Семён Давыдович в очерке. - Бегу в горком партии.

- Благословите, дайте "добро" на выпуск первой ночной газеты в Советском Союзе.

- Почему ночной?

- В этой смене больше всего непорядков.

- Хорошо, - сказал секретарь горкома партии, - я позвоню в "Гудок", договорюсь о вагонах, а ты звони в "Комсомолку", проси в помощь литработников.

В Магнитогорске был большой корреспондентский корпус: спецкоры "Правды", "Известий", "Рабочей газеты",  "Экономической жизни", ТАСС, "За индустриализацию", "Крокодила", "Уральского рабочего", "На смену…" Кроме того, были литераторы, маститые и начинающие. Жили мы дружно. Корреспондентов и литераторов не пришлось уговаривать принять участие в выпуске газеты.

Увидели спецкоры вагон-редакцию в центре доменного участка - и сами пришли, провели первое заседание редакции, придумали название газеты.

- Газета будет выпускаться сообща, не одной  "Комсомолкой", так давайте дадим ей нейтральный заголовок: "Даёшь чугун".

Горком партии утвердил заголовок…

Первый номер пошёл в печать, как и было задумано, в два часа ночи".

В годы первой пятилетки Магнитострой был и символом воплощения советской экономической модели, и гимном мужеству советского человека. Семён Нариньяни был не менее легендарной личностью, чем сам Магнитострой. Яков Семёнович Гугель, возглавлявший строительство ММК с февраля 1931 до января 1933 года, вспоминал: "Нариньяни был всюду. Он сидел в печи, когда шла кладка, он сидел на бюро комсомола, когда решались оперативные вопросы жизни комсомольской организации. Он сидел в редакции, организуя собкоров, на складах, когда образовывалась железнодорожная пробка. Организовывал журналистов для проталкивания застрявших составов с грузами. Он же доставлял в Москву первый чугун. Энергичный, иногда злобный и ядовитый, он умел заставить считаться с ним административно-технический персонал стройки".

За особые заслуги перед Магнитостроем 7 февраля 1932 года журналистам З. Чагану и С. Нариньяни, корреспондентам газет "3а индустриализацию" и "Комсомольская правда", было доверено передать Серго Орджоникидзе памятную плитку с барельефом Владимира Ленина, вылитую из первого магнитогорского чугуна. На ней была надпись: "В знак Вашего активного участия в строительстве первой очереди Магнитогорского металлургического комбината заводоуправление вручает Вам памятную доску, отлитую из первой плавки домны № 1 первого февраля 1932 года".