22 июня- "День памяти и скорби"

Как можно забыть то раннее воскресное утро, ровно 76 лет тому назад, когда из распахнутых дверок бомболюков Хенкелей, бомбы посыпались на наши спящие города. На нашу землю ступили солдаты вражеских пехотных дивизий группы армий “Центр”, а по нескошенной пшенице покатились танковые клинья Гудериана.

Это особый день в нашей истории. Он крепко засел в нашей генетической памяти, как бы его не пытались оттуда выковыривать западные демократы. А выковыривать есть чего, уж больно европейцы подпортили себе карму. А карме, как известно, всё равно- верят в неё или нет.

Это не мы, а они на нас напали. И не только одни немцы. И это Европейские заводы дымили во славу Германии. Объединённая Европа, как волчья стая, в который раз рванула к нам. Правда потом, поджав хвосты, все ломанулись по домам. Но это будет потом. А вначале было реально страшно.

Потом они оправдывались, мол проиграли компанию, потому что им не завезли к зиме валенки. Потому и проиграли войну. Так ведь ещё Наполеон, оставив своё полумиллионное войско замерзать на правом берегу Березины предупреждал, отдыхая на о. Святой Елены и кушая отравленный мышьяком лягушачий суп, что в России бывает, не только холодно, но ещё и могут накостылять по шее. Так почему же снова вся объединённая Европа топчется у наших границ?

Семь моих родственников ушли на войну. И все пропали без вести. Бабушка им всем раздала обереги. И пока они выметали вражескую нечисть со своей земли, они были живы- их берегла родная земля. Война стёрла их с лица земли, но не стёрла с моей памяти. Они не вернулись домой, а навеки застыли на чужой земле в памятниках и монументах. “Мёртвые сраму не имеют” Имеют живые, которые эти памятники сносят. Последним погиб мой дед. Он не выпрыгнул из горящего самолёта майским Берлинским днём. Наверное, отлетевшей душе, уже не понадобился парашют.

Мы помним памятный 41-ый год. День 22 июня, 4 часа утра. И будем помнить всегда.

Автор: Алексей Кириллин.