За реставрацию оренбургской мечети имаму грозит срок

Уголовные разбирательства в суде Сакмарского района длятся на протяжении года. Прошлой весной региональное УФСБ провело масштабную проверку в селе Татарская Каргала Сакмарского района (в 18 километрах от областного центра), тогда и выяснилось, что в местной мечети вовсю идет несогласованная реставрация.
Старейшая в России
Мечеть Куш Манара построили в 1749 году, она первая в России (даже в Казани мечети стали появляться только в 1760-е годы). В годы войны здание использовали как госпиталь. В одну из холодных зим разобрали минареты, а из полученных материалов соорудили печь для обогрева раненых солдат. Камнями заложили большие витражные окна. В 1946 году сельчане своими силами отремонтировали мечеть, восстановили один деревянный минарет. Собственно, с тех пор полноценного капитального ремонта старейшее сооружение не видело. В 90-е годы в селе появилась местная мусульманская религиозная организация, которую возглавил житель Татарской Каргалы Рафаиль Файзуллин.
- Здание мечети постепенно приходило в упадок - стала протекать крыша, штукатурка отваливалась. Службы в таком здании проводить было невозможно. Начиная с 2005 года я стал писать многочисленные письма в адрес бывшего губернатора и департамента по культуре и искусству Оренбургской области, просил выделить финансы на реставрацию. Но безуспешно, - Рафаиль Фаритович перебирает ворох писем и ответы на них.
Денег не ждите!
Начинаешь читать и невольно улыбаешься. Бесспорно, мечеть - старинное здание культового значения, но оно не является памятником истории и культуры, поэтому строительство и восстановительные работы за счет бюджетных средств невозможны, - отвечает бывший губернатор Алексей Чернышев в 2005 году.
С тех пор имам начинает просить, чтобы Куш Манару отнесли к категории памятников истории и культуры. В 2007 году НПП Рона проводит государственную историко-культурную экспертизу, которую мусульмане сами оплачивают. В итоге мечеть в Татарской Каргале ставят на областной учет, относят к выявленным объектам культурного наследия и берут под охрану государства. Верующие обрадовались Но не тут-то было!
В 2010 году экс-глава департамента по культуре и искусству области Виктор Ренев снова отказал мусульманам. Тогда же в мечети появился ящик для пожертвований. В 2013 году сельчане под руководством Файзуллина снова обращаются к бывшему министру культуры, общественных и внешних связей Оренбуржья, сообщают о планируемой реставрации мечети и просят его согласие на проведение строительных работ. Планировалось восстановление обоих минаретов, замена крыши, окон, пола, наружной штукатурки на фасаде и его покраска.
На что экс-министр Виктор Шориков сообщает: ремонтно-реставрационные работы по сохранению выявленного объекта культурного наследия проводятся в соответствии с проектной документацией и согласуются с госорганом охраны объектов культурного наследия. При этом к работам допускаются только юрлица и ИП, имеющие лицензии на осуществление деятельности по реставрации памятников истории и культуры. Дал ответ и губернатор: данный памятник истории и культуры не входит в реестр госимущества Оренбургской области, а значит, выделение средств из бюджета на работы по сохранению указанного объекта культурного наследия не предусмотрено. Селу необходимо за счет собственных средств (перечислений спонсоров) разработать проект ремонта, провести его государственную историко-культурную экспертизу, а потом приступить к реставрации, опять же из своего кармана.
Отметим, что заказать проект реставрации с полной сметой работ в той же Роне, который она разрабатывает в течение полугода, стоит 842000 рублей (после переговоров они согласились снизить цену до 600000 рублей). Еще полмиллиона придется вложить в очередную экспертизу. Свыше миллиона рублей - только на бумажки, без проведения каких-либо работ.
Таких денег у прихода, естественно, не было. Имам мечети договорился со знакомым архитектором, бывшим работником Оренбурггражданпроекта, Фазлаевым (в свое время проектировал работы в мечети Хусаиния и других мусульманских заведениях города). Тот как истинный мусульманин составил проект в счет пожертвования и согласился в дальнейшем контролировать ход работ, все-таки не частный дом ремонтировать предстоит. Все это прекрасно понимали, как и то, что тянуть дальше с ремонтом нельзя. В мечети закипела работа
На свой страх и риск
- Сельчане нас активно поддержали: кто-то жертвовал стройматериалы, кто-то соглашался безвозмездно поработать. Это была самая настоящая народная стройка, ведь в этом месте молились еще наши предки. Нам не нужно никаких излишеств, достаточно, чтобы было тепло, сухо, уютно. Кирпича, цемента, песка вполне хватало на окончание работ, нашлись среди сельчан и хорошие штукатуры. В то время как раз ремонтировали мост около села, дорожники согласились на время предоставить автокран. Так как из бюджета мы никогда не получали ни копейки, все делалось на благотворительной основе, - продолжает Рафаиль Фаритович. - На 350000 рублей собранных пожертвований закупили черепицу. Разобрали полы, чтобы настелить новые, ободрали старую штукатурку. Тут и появилось УФСБ.
В течение года мечеть закрыта для прихожан, но вовсе не из-за ремонта. Причиной стали судебные разбирательства и возбуждение уголовного дела за умышленное Повреждение объекта культурного наследия, взятого под охрану государства. Главным виновником бесчинств считают имама, который, как значится в материалах дела, знал об исторической ценности объекта, но без разрешительной документации приступил к ремонтным работам, вопреки требованиям охранных обязательств осуществил переделку объекта, видоизменил его.
Потерпевшим по делу проходит региональное Минкультуры. В ведомстве ссылаются на то, что в 2008 году Куш Манара была признана памятником истории и культуры, а с Файзуллиным было подписано охранное обязательство. Иными словами, имам дал гарантии, что будет следить за сохранностью объекта в первозданном виде
Хотели как лучше
В суде Сакмарского района сейчас вовсю идут судебные разбирательства. Свидетелями по делу проходят сельчане, помогавшие с ремонтом. Допрошен глава сельсовета, представители министерства. Согласно экспертизе реставрация, выполняемая людьми, не имеющими лицензии на работу с объектами культурного наследия, без госпроекта и согласования, нанесла Минкультуры ущерб более чем на 7,2 миллиона рублей. Другими словами, Куш Манара теперь утратила свою архитектурную, историческую и научно-реставрационную ценность. А то, что ветхая крыша могла в любой момент обрушиться на прихожан, в расчет никто не берет. Если суд докажет виновность Файзуллина, ему может грозить до трех миллионов рублей штрафа, несколько сотен часов исправительных работ или лишение свободы на срок до трех лет (ранее он уже заплатил 100000 рублей штрафа в рамках возбужденного за проведенный ремонт мечети административного дела).
- Я не вредитель! Мы хотели сохранить историческое здание, чтобы оно служило украшением Татарской Каргалы, радовало жителей села и его гостей. Мы и раньше его ремонтировали, но никогда проблем не возникало. Смотрю сейчас на закрытое здание, и сердце кровью обливается, ведь мы ободрали старую штукатурку с фасада, новую нанести и покрасить не успели, и сейчас оголенные кирпичи еще больше размывает водой, - делится переживаниями имам исторической мечети.

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ
Когда закончатся разбирательства и что будет дальше? Кому это было нужно? Уж точно не самому историко-культурному памятнику, который теперь, может, никогда не откроется, ведь подобная участь уже постигла другой объект культурного наследия в центре Оренбурга - известное летное училище, в котором учился первый космонавт Земли Юрий Гагарин.
МНЕНИЕ СПЕЦИАЛИСТА
Понять и простить
Рамиль ШАРАФУТДИНОВ, адвокат:
- Минкультуры однозначно не может быть потерпевшим по данному делу, потому что здание мечети является бесхозным, у него нет собственника. Министерство не наделено правом собственности на охраняемые объекты. Муниципалитет должен был подать в юстицию документы на это здание. Если в течение года собственник не объявился бы, мечеть признали собственностью муниципалитета, но, видимо, это никому не нужно. Здание 8 лет числится в областном реестре как выявленный объект культурного наследия, но собственника у него нет. Область не хочет брать на себя никаких обязательств, а имам оказался крайним. Куш Манара была утверждена в списке выявленных объектов культурного наследия, но в Единый госреестр объектов культурного наследия народов РФ ее так и не включили. Для этого местные власти должны были представить в Правительство РФ сведения о собственнике данного объекта, а на него нет правоустанавливающих документов. Охранные обязательства при этом были навязаны имаму, хотя для них без собственника нет никаких законных оснований. Данный документ не имеет юридической силы.
НПП Рона, которое проводило экспертизу и оценивало стоимость восстановления утраченного вида мечети, не является экспертным учреждением, там нет специалистов в области культуры и истории. Не указаны и методики проведения экспертизы и вычисления ущерба. Если нашу позицию в районном суде не поддержат, будем писать губернатору, полномочному представителю Президента РФ в Приволжском федеральном округе, президентам Чечни и Татарстана. Мы готовы довести это дело до Верховного суда.