Екатеринбурженка: «Я нашла сына спустя 20 лет – и потеряла в один день»

Жительница Екатеринбурга Раиса Михалева, которая нашла своего сына спустя 20 лет разлуки, - на днях похоронила Юру. Ему было 42 года. Он вышел на работу и через полчаса умер. «Наша Газета» была свидетелем развития этой истории от начала – и до трагического конца. 

Свердловск - Кобулети - Екатеринбург

В 1969 году Раиса Михалева уехала из Свердловска в Грузию и поселилась в небольшом приморском городке Кобулети, недалеко от Батуми. 

Сейчас там живет почти 80 тысяч человек, а в конце 60-х это было тихое провинциальное местечко на побережье.

В Кобулети Раиса нашла мужа Гиви Вашакидзе.

У пары родилось двое детей: сначала Юра, а спустя семь лет - дочка Марина. Нормально жили, как все. Детей растили, работали.

В тяжелый для Грузии 1994-й Раиса с дочкой уехали на Урал: в их грузинском доме не было света, даже хлеб выдавали по талонам. Милое местечко превратилось в военное поселение. К тому же в Екатеринбурге (Свердловск тогда уже переименовали) у Раисы заболела мать.

Юре к тому времени было за двадцать, его забрали в армию: времена в Грузии тогда были непростые, военные.

- Когда я уезжала, муж сказал: «Через год не вернешься – женюсь». Думала, шутит, – говорит Раиса. – А оказалось, как в воду глядел: мать похоронила и решила не возвращаться. А Гиви, как я теперь узнала, и правда женился.

Через расстояния

От сына из армии Раисе пришло три письма, потом связь прервалась. Мать обращалась даже на передачу «Жди меня». Но безрезультатно.

- Лет через десять после отъезда из Грузии я начала думать, что сына нет в живых, - вспоминает Раиса, - не помогла даже передача. 

Жила, работала, думала о сыне каждый день.

Письмо в «Одноклассниках»

В конце сентября 2014 года Марине Вашакидзе (дочери Раисы) пришло письмо от однофамилицы из Батуми. Тезка решила узнать, не родственница ли она ее мужа. Та подтвердила: у нее есть брат Юрий и они вместе жили в Кобулети. Оказалось, эта женщина - жена Юрия!

- Когда поняла, что нашелся брат, затряслись руки и ноги, - вспоминает Марина.

История - почему Юрий так долго не выходил на связь, не очень понятна до сих пор. Повлиял ли отец, политика или личные обиды парня, - мы этого уже никогда не узнаем.

«Мама, хочу к тебе»

Первый разговор в скайпе длился до двух ночи. Юрию уже стукнуло 40, все эти годы работал водителем, возил туристов в Турцию. Женат, растет дочка со смешным для русского уха именем «Мака», она русского языка почти не знает.

Живет Юрий трудно, работа водителем сезонная, с работой в Грузии вообще трудно.

- Мамочка, я так хочу тебя обнять, - сказал Юрий в том разговоре.

Три месяца там, три месяца здесь

Казалось бы, все нашлись - тут и истории конец. Не тут-то было! Из-за бюрократических проволочек Юрий со своим грузинским паспортом мог находиться в России только три месяца. Да и то - приглашающая сторона (мать) для документов обязана была иметь на сберкнижке 40 тысяч рублей, - такие правила.

- Я вся в кредитах. Возьму займ, сделаю приглашение, а деньги расходились – и на еду, и на жизнь. И туда ему надо с собой надо дать, и в дорогу купить… Да и много ли это в наше время – 40 тысяч при взрослом мужчине в семье?

Сам Юрий не мог устроиться на работу: без гражданства и вида на жительства не брали. А работать хотел - сколько можно на шее у матери сидеть, да и своим в Грузию хотел помощь посылать. Не боялся Юрий никакой работы: жить хотел, работать хотел, все заново начать хотел. Но каждые три месяца ему нужно было покидать страну.

Дошло до того, что невыехавшему вовремя из-за приступа астмы и больничной койки мужчине грозила принудительная депортация и суд. К счастью, справка из больницы подействовала – отделались штрафом в 2 тысячи рублей.

Вот представьте: мать платит штраф - за то, что сын гостит у нее больше отведенного государством на гостевание время.

Об этом тоже писала «Наша Газета».

 

В октябре 2016 года Юрий мог получить российское гражданство

Но Раиса боролась за сына. Прописала сына к себе, получила на него разрешение на временное проживание, в июне уже был готов СНИЛС – пенсионный квиток. Устроили парня на работу, на Жиркомбинат. «После сорока жизнь только начинается...» 

В Грузии его, по словам матери, ничего не держало. С женой отношения были напряженные, работы нет. Кто в такой, да и в любой ситуации поддержит? Только мама.

И мама радовалась каждому дню, который проводила с сыном. 

Звонит бригадир: «Приедьте! Срочно!»

Работу нашли – и слава богу. Грузчик на Жиркомбинате.

- 11 числа пошел на работу, позвонила ему минут через тридцать после начала работы: как ты, сынок? Ответил, что хорошо, работы много, таскает ящики. «Все хорошо, мам!» - голос бодрый, веселый. А минут через 20 звонит бригадир: «Срочно приедьте к нам!» - «Что случилось?» - «Приедьте!» Все бросила, побежала. Приезжаю – а он уже мертвый лежит.

Сказали: поднял три ящика, упал и сразу умер.

Сердце остановилось

- Вот, справили 9 дней по Юре. В справке написано «острая сердечная недостаточность». Не выдержало сердце у него, остановилось… Почему так несправедливо все… - Голос Раисы Николаевны обрывается. – Проходил же врача перед устройством на работу, сказали – здоров. А тут.. Вот как повернулось. Он мне говорил, когда звонил из Грузии: «Мамочка, так хочу к тебе!» А я не уберегла, не удержала… Лучше бы меня не стало, чем сына терять. Дочка Марина рядом со мной, мы вместе с ней сидим, плачем. Почему все так?..

А из Грузии не похороны не приехали, не позвонили даже с соболезнованиями. Ну, да бог им судья. Только мы всегда будем рядом с нашими детьми, чтобы ни случилось. Навсегда.