8 возражений против

Мы можем чувствовать правоту своей веры, но не всегда можем ее объяснить или доказать человеку неверующему, в особенности тому, у кого наше мировоззрение почему-то вызывает раздражение. Разумные вопросы атеиста могут поставить в тупик даже самого искренне верующего христианина. О том, как и что отвечать на распространенные аргументы атеистов рассказывает наш постоянный автор Сергей Худиев в проекте “Диалог с атеистами: православные аргументы”.Возражение Дэвида Юма: если уж мы хотим представить нечто необходимым, то почему бы не представить себе необходимо существующей саму вселенную и устранить потребность в Боге как новом элементе такого представления?Вспомним разницу между необходимым и случайным — случайно то, чего может и не быть. Например, мое бытие случайно — если бы родители не встретились, меня бы не было. Мое бытие обусловлено целым рядом внешних по отношению ко мне причин — воздухом, пищей, планетой Земля, солнечным светом и т. д. Существование планеты Земля так же, в этом смысле, случайно — Земля возникла какое-то время назад. Также случайным бытием обладают Солнце, Галактика Млечный Путь и другие галактики — было время, когда их не было.Что такое необходимое бытие? Это то, чего не может не быть. Оно по определению должно быть вечным — ведь иначе получалось бы, что какое-то время назад его не было. Обладает ли вселенная таким вечным бытием? Нет. Вселенная возникла определенное время (по мнению космологов, около 13,7 миллиардов лет назад).Но и независимо от космологов, мы можем обратить внимание на то, что во вселенной происходят необратимые процессы, которые делают время однонаправленным — например, водород в недрах звезд превращается в гелий, при этом возникают фотоны, которые покидают звезды и рассеиваются во вселенной. Если бы вселенная была бесконечно старой, она бы уже бесконечно давно находилась бы в состоянии «тепловой смерти» — все звезды бы уже окончательно выгорели, энергия бы равномерно размазалась бы по пространству, вся возможная работа была бы уже совершена.Таким образом, было время, когда вселенной не было, и она не обладает необходимым бытием.Для выяснения вопросов существования и не существования одного разума недостаточно, ибо это вопросы фактов.Мы постоянно — и в рамках науки, и в рамках нашей повседневной жизни — делаем утверждения о реальностях, недоступных нашему наблюдению. Мы видим только следствия — и исходя из них заключаем о существовании причин. Например, мы верим в существование электронов, которых никто не видел, на основании тех эффектов, которые они производят, в Большой Взрыв, в эволюцию, даже хотя бы в то, что мусор убран — и значит, тут поработал дворник.Нельзя выводить из конечного эффекта (мира) бесконечную причину (Бога).Космологический аргумент не доказывает конкретных атрибутов Бога — и, действительно, указывает на чрезвычайно могущественного (то есть способного создать вселенную), но не обязательно всемогущего Творца. Но указание на это никак не опровергает его вывод — «у вселенной существует вечный Творец, достаточно могущественный, чтобы привести ее из небытия в бытие».Если эффект (мир) не совершенен, почему причина (Бог) должна быть обязательно совершенна? Откуда мы знаем, что творец не совершил ряд ошибок и не отбросил предыдущие варианты?Аргумент и не доказывает совершенства Творца — и не претендует на это. Он доказывает реальность Творца, как минимум, достаточно могущественного и совершенного, чтобы сотворить этот мир. Таким образом, предлагаемое возражение его не опровергает.Почему мы решили, что должен быть только один Бог? Ясно же, что несколько строителей справятся лучше, чем один.Потому что у нас нет причин постулировать несколько необходимо существующих творцов, когда хватит Одного. Но важнее другое — этот довод никак не отвечает на сам космологический аргумент. Допустим, мы видим картину. «Эту картину нарисовал художник!» — восклицает теист. «А откуда вы знаете, что не несколько художников — например, художник со своими помощниками?raquo; Даже если мы этого не знаем, это никак не будет опровержением довода «картина кем-то нарисована, следовательно, существует художник».Кроме того, сам этот аргумент «несколько строителей справляются лучше, чем один» основан на реалиях нашей человеческой жизни, на ограниченности наших сил и способностей, и потому не может быть спроецирован на Бога, который не имеет нашей ограниченности, который творит совсем иначе, чем мы.Если мы перешли к рассуждению о том, что мир, возможно, создан консилиумом богов — как в некоторых языческих мифологиях — мы уже признали атеизм ложным, что и требовалось доказать.Если уж мы пользуемся антропоморфической аналогией «творца», применяя ее к Богу, то не имеет ли больше смысла заключить, что творец физического мира тоже физический, нежели духовный агент?Нет, но это в любом случае не отвечает на сам аргумент. Аргумент не демонстрирует все атрибуты Бога христианского богословия, из него не следует веры в Троицу и Боговоплощение, он говорит гораздо более простую вещь — у мироздания есть Творец, достаточно могущественный и совершенный, чтобы привести мир из небытия в бытие. Как этот тезис может опровергаться представлением о «физическом» (что бы это ни означало) характере этого Творца?Обратим внимание на то, что все рассматриваемые возражения впадают в одну и ту же ошибку — сначала предполагается, что космологический аргумент доказывает какие-то атрибуты Бога (всемогущество, совершенство или единственность), потом демонстрируется, что он их не доказывает. Он их действительно не доказывает — точно также, как он, например, не доказывает, что Христос пострадал за нас при Понтийском Пилате. Он доказывает, что у вселенной есть вечный Создатель, достаточно могущественный и совершенный, чтобы привести ее из небытия в бытие. Указание, что Создатель, на которого указывает этот аргумент, может совпадать, а может и не совпадать с Богом христианского теизма, никак не опровергает сам аргумент.Тезис «у всего есть причина», согласно Канту, это одно из условий феноменального мира, которое делает его упорядоченным — мы предполагаем, что у всего есть причина, потому, что иначе воспринимать процессы и предметы мы не можем. Что, однако, не означает, что они таковы на самом деле, то есть вне нашего восприятия.Пытаться отвергать космологический аргумент, отвергая принцип причинности, значит отвергать все наше мышление — как повседневное, так и научное. Например, представим себе адвоката, который скажет — «Действительно, бумажник потерпевшего был обнаружен в кармане моего подзащитного. Но, как показал Иммануил Кант, мы только предполагаем, что у этого должна быть причина — и склонны усматривать ее в сознательных действиях моего подзащитного. Возможно, в непостижимой для нас подлинной реальности бумажник вовсе не нуждается в причинах, чтобы переместиться из одного кармана в другой». Убедит ли это судей? Этого никого не убедит, и нас в первую очередь.Адвокату следует искать какую-то другою причину. Например, бумажник в карман обвиняемому подсунули враги, но тезис, что такое событие, как перемещение бумажника, не имело причины вообще, очевидно, никем не будет принят. Мы отлично понимаем, что у любого события есть причина.Наука также строится на том, что у любого события есть причина. Никому в голову не приходит отвергать, например, теорию Большого взрыва на том основании, что красное смещение или реликтовое излучение могут и не нуждаться причинах. Теорию Большого Взрыва, если мы хотим ее опровергнуть, надо опровергать как-то иначе. Любые научные теории — та же теория эволюции, например — с необходимостью предполагает, что у всего (в частности, у многообразия видов и конкретных видовых особенностей) есть причина.Поэтому если мы принимаем принцип причинности во всем остальном, у нас нет оснований отвергать его в отношении происхождения вселенной. Такое событие, как возникновение вселенной, тоже должно иметь причину.Телеологический аргумент не говорит нам о том, что мир был создан, а только о том, что миру некто придал определенный дизайн, оформление.В принципе, телеологический аргумент (аргумент от целенаправленной упорядоченности в мире) действительно совместим как с ортодоксальной теологией (Бог сотворил мир из ничего) так и с представлением, которое мы, похоже, находим у Платона в «Тимее» — Бог, или, в данном случае, Демиург, упорядочил материал, который уже существовал до этого. Но это — уже не спор между теизмом и атеизмом, это спор между различными теологиями.Здесь мы сталкиваемся с уже описанной проблемой — в качестве аргумента против доказательств бытия Божия приводится то, что они не доказывают то, что они и не собирались доказывать. Телеологический аргумент как таковой не доказывает творение мира из ничего — он доказывает существование разума, достаточно могущественного, чтобы быть ответственным за целенаправленную рациональную упорядоченность в этом мире.Итак, приведенные возражения против доказательств бытия Божия основаны либо на отрицании принципа причинности — который мы не можем отрицать, не отрицая, в частности, всю нашу науку, либо на приписывании аргументам того, что они и не берутся доказывать — с последующим опровержением этого. Это известная ошибка в споре, она называется подменой тезиса. Сперва тезис оппонента подменяется на похожий, а потом убедительно опровергается. Только вот опровергается вовсе не то, на что изначально нацелились.