Когда купаться в Карском море? Репортаж корр. АиФ об отпуске в Арктике

Если не получается летом поехать на южное море — можно отправиться на северное. И этот отдых будет не хуже любого курорта с пальмами и чурчхелой, более того — запомнится навсегда.

Этим летом корр. АиФ сходил в арктический поход и выяснил, как добраться до Карского моря через непроходимые болота и не замерзнуть при купании в Северном Ледовитом океане. Где в заполярной тундре искать белые грибы, как вовремя сбежать от белого медведя, где погладить кочующих оленей и в какой момент опасаться солнечного удара на суровом побережье — на aif.ru.

Путь к Карскому морю лежит через шахтерскую Воркуту или через столицу Ямала Салехард. Из Воркуты это ближе и для местных жителей выезд туда стал разновидностью пикника. Однако, эта территория относится к ЯНАО и при поездке из Республики Коми путешественники перемещаются как на машине времени на два часа назад согласно разнице часовых поясов между двумя регионами.

Дороги нет

Если смотреть на карту — местность от этих городов до ближайшей точки на побережье — знакомой по школьным контурным картам Байдарацкой губы — выглядит ровной зеленой зоной. Подсчет показывает, что там около 200 км от Воркуты и примерно 300 км — от Салехарда. Однако, по прямой двигаться не получится — дорог в принятом смысле слова там нет. «Зеленка» на карте в действительности означает болотистую арктическую тундру, которая издалека похожа на ровную степь, но ее не всегда реально пройти пешком и не увязнуть в замаскированной мхом топи. Поэтому часть пути приходится преодолевать на специальных вездеходах — трэколах. Это практически единственный вид транспорта, способный эффективно перемещаться по этой местности. Их главный секрет — шины сверхнизкого давления, которые не оставляют глубоких следов, в отличие от гусеничной техники и, как считается, не повреждают мох и ягель.

И все же, ближе к морю часть пути приходится проходить пешком — трэколы не везде могут проехать. Зимой в этих местах туристы двигаются на лыжах. А осенью и весной в поход отправляются только экстремалы — из-за дождей или таяния снега заболоченные участки становятся малопроходимыми. Из-за сложности посещения эти места остаются для многих «терра инкогнита», что порождает массу мифов.

Миф первый: в Арктике ничего не растет

Первый раз, когда люди попадают в арктическую тундру, они удивляются — сколько там цветов! Ромашки, клевер, колокольчики, багульник, незабудки, камнеломки, лютики. Целые полянки белеют от пушицы — арктического «одуванчика». Летом тундра похожа на цветущий луг, с низкими, практически вровень с травой деревьями — карликовыми березами и ивами. По ним опытный турист безошибочно определит места ручьев или болот.

Более того, в этих краях есть и настоящие рукотворные арктические луга. В СССР около Воркуты действовал специальный проект по «облужению города»: поля вечной мерзлоты засыпали привезенной плодородной почвой, засевали травой и луговыми растениями.

«В средней полосе пионеры в школу макулатуру собирали, а мы траву мятлик, — вспоминает местный житель Николай. — Соревновались, какой класс больше семян принесет, сдавали, их потом использовали для сева. Были целые рукотворные пастбища около города, там организовали совхозы, пасли коров. В Воркуте молоко свое было. В лучшие годы было 6 совхозов, а воркутинских коров даже отправляли на "экспорт" в другие северные регионы СССР, как самых морозоустойчивых».

А северные ягоды — костяника и морошка? Мелкие кустики периодически попадаются на пути, при желании можно собрать неплохой урожай — и,главное, конкурентов почти нет. Более того, в тундре растут даже грибы! От специфических ежовиков и трутовиков, до более привычного вида сыроежек и даже белых (правда, встретить их большая удача).

Миф второй: в Арктике очень холодно

Да, на 68 параллели климат отличается от центральной России. И даже в июле в тундре в расщелинах каньонов можно встретить островки снега. Если в районе Воркуты средняя температура для середины лета — около 18 градусов, то ближе к побережью она опускается до 8-10 градусов и это в погожий день. Но если уж на арктическом небе начинает светить солнце — жара обеспечена. Ведь в это время стоит полярный день, и светило не заходит за горизонт круглосуточно. Такое длительное воздействие вполне может вызвать солнечный удар — удивительное осложнение для путешественника за Полярным кругом. Правда, теплые солнечные дни быстро сменяются дождливыми и ветреными.

«Наш арктический климат в Воркуте переносится гораздо лучше, чем в Салехарде. Там высокая влажность, за −20 уже проблема. А у нас — 30 достаточно воспринимается проще — воздух сухой», — утверждает местная жительница Татьяна.

Миф третий: Карское море вечно сковано льдами

Доля истины в этих словах есть — Карское неслучайно называют «ледяным мешком» России. Таяние идет до июня, а в сентябре вода у берега уже «схватывается» новой коркой. А дальше, ближе к Северному Ледовитому океану начинаются массивы «старого льда» — не растаявшего за несколько сезонов и от этого ставшего крайне прочным.

Но все же летом на Карском побережье лед бывает редко — более того, ближе к Байдарацкой губе море достаточно мелкое и поэтому, можно сказать, что хорошо прогревается. А вдоль берега идет полоса светлого, чистого песка, как на элитных южных пляжах — только холодного.

«Купаться мы пытаемся, если погода подходящая. Было два жарких лета — в 2017 и в 2018 году, все купались. Тут холоднее всего ступням, в целом, если первый момент преодолеть — дальше уже легче становится», — делится местная жительница Татьяна. Конечно, речь не идет о длительных заплывах, скорее о быстром погружении. Но с учетом суровых арктических условий можно зачесть как купание. В целом, в июле у берегов Карское море прогревается до 4-7 градусов. И после ледяного ветра на берегу оно даже ощущается как теплое.

Хотя, конечно, если предположить, что у моря есть характер — у Карского он суровый, даже сердитый. Желтоватые от обилия песка волны с грохотом падают на берег. Яростный бросок-прилив настигает внезапно, неопытный путешественник почти всегда уходит с кромки с мокрыми ногами. Со стороны Северного Ледовитого океана даже в самый солнечный день налетают ледяные порывы ветра. Порой ощущение, что фотоаппарат сейчас вырвет из рук.

«Такой ветер бывает не всегда, иногда даже можно поставить палатки на берегу. Смотришь прямо из спальника на закат и на рассвет всю ночь, причем летом солнце же не заходит за горизонт — немного спускается и потом поднимается», — делится опытный турист-воркутинец Николай. Необыкновенные многочасовые закаты и рассветы — одна из достопримечательностей, ради которой приезжают на этот суровый берег.

Миф четвертый: Арктика — это замерзшая пустыня

После цветов обычно вторым потрясением для новичков становится наличие в тундре гор и озер.

По пути на Карское море нельзя не заметить конечную точку Полярного Урала— гору Константинов камень, названную так в 1848 году в честь председателя Российского географического общества великого князя Константина Романова. От нее к югу идут сакральные для ненцев горы Большой и Малый Минисей, между которыми расположено священное для этого народа озеро Минисейто. Тут нельзя шуметь, охотиться или рыбачить.

Существует красивая легенда о том, как горы, создавая мир, двигались на север, но, упершись в океан, повернули обратно на юг и окаменели. Последними в этом великом походе были нарты (сани) старухи Минисей. Она превратилась в гору и с тех пор охраняет народы тундры от невзгод.

Периодически здесь можно встретить группы ненцев, которые едут к озеру. «У женщин есть поверье, что на Минисейто можно попросить о рождении ребёнка, для этого там оставляют маленькую куколку. Но по традициям, женщина может туда прийти не чаще, чем раз в 4 года», — делится местная жительница Татьяна.

Миф пятый: в Арктике нет животных

Поскольку эта местность не является вымершей от холода зоной, то и животных, и птиц в ней хватает. Одних только трясогузок можно насчитать не меньше четырех видов — помимо привычной нам белой еще желтоголовую, берингийскую, горную. Над тундровыми полями кружит и зависает канюк, высматривающий добычу — луговых коньков, ржанок, слетков куликов. А вечером вдоль дорог сидят обескураженные светом полярные совы, которые пытаются охотиться в условиях полярного дня.

Животных тоже немало. Самая большая опасность для человека — белые медведи, к счастью, пока встречаются только на побережье и то не каждый год. Эти хищники перебираются по льдинам с островов Новой Земли — и остаются до возникновения новых льдов. Местные жители всегда обращают внимание на подозрительные следы и если медведя видели в окрестностях берега — не остаются там на ночь. Но сильно глубоко в зону тундры медведи пока не заходят — предпочитают охотиться на берегу на нерп и морских котиков, разнежившихся под летним солнцем.

Как рассказывают местные жители, некоторое время назад в этих местах исчезли все зайцы — то ли мигрировали из-за нехватки корма, то ли погибли. Но сейчас снова появляются — нет-нет и мелькнет мимо стремительная серая тень. Более осторожны песцы и лисы, их не видно, только гомон встревоженных птиц может подсказать, что хищник рядом.

А еще в тундре можно встретить домашних животных! Это олени — как перебегающие дорогу перед трэколом, так и мирно пасущиеся вдали. Летом они линяют, шерсть сходит неравномерно и олень выглядит не так роскошно, как зимой. Рядом всегда можно заметить чум, а то и не один. Это хозяева парнокопытных — частные оленеводы, жизнь которых тесно связана с их подопечными. Когда животные насыщаются имеющимся ягелем, они начинают искать следующие поляны, постепенно смещаясь в стороны от пастбища — и хозяева идут вслед за ними, перемещая чум.

....После нескольких дней на море начинается обратная дорога. При пересечении невидимой границы между Ямалом и Коми время снова смещается вперед. По мере выезда из арктической зоны сначала стихает ледяной ветер. Деревья постепенно становятся немного выше и уже напоминают кустарники, а не траву. Появляются поля иван-чая — летом он как раз цветет. Через несколько часов уже показываются строения «воркутинского кольца» — серии поселений рядом с шахтами вокруг города. От них уже полчаса до самой Воркуты.

В Карское море не принято бросать монетки, чтобы вернуться. Но тот, кто проникается его суровой красотой — обязательно возвращается.