Театр и одна жена на всю жизнь. Любовь и ревность Льва Дурова
У Льва Дурова — обширная актерская фильмография — шутка ли, он за свою длинную карьеру сыграл почти 250 ролей в кино и на телевидении, занял третье место в негласном рейтинге самых востребованных актеров, уступив только Армену Джигарханяну и Юрию Назарову. И зрители его знали и любили, хотя не всегда Дуров играл героев положительных, которым принято сочувствовать. Был у него, к примеру, мельник из «Бумбараша» — персонаж на редкость неприятный, — был и наемный киллер в сериале «Бандитский Петербург», был и агент Клаус в «Семнадцати мгновениях весны». Но были и добродушный де Тревиль из «Трех мушкетеров», который взял под опеку молодого гасконца Д’Артаньяна, знаток боевых искусств Сан Саныч из «Не бойся, я с тобой»... И всё же кино в жизни Дурова не было главным — главным он почитал семью и театр. И вовсе не очевидно, что для него было на первом месте.
Настойчивый жених
Свою жену, актрису Ирину Кириченко, Дуров встретил во время учебы в школе-студии МХАТ в начале 1950-х. Молодая, красивая студентка перевелась из училища в Киеве и быстро привлекла внимание всей мужской половины школы-студии. Казалось, такая конкуренция не по плечу Дурову, который всегда был щуплым и отличался низким — метр шестьдесят один сантиметр — ростом. Но он уже тогда был человеком настойчивым и целеустремленным, внешних своих данных не стеснялся даже в детстве, а воспитание на московских улицах послевоенного Лефортово хорошо закалило характер. Так что соперники «остались с носом» — а Дуров и Кириченко расписались сразу после получения дипломов.
Семейную жизнь молодых актеров в те годы можно описать как сложную. Квартиры у них, разумеется, не было, был угол в коммуналке у родителей Дурова; там у них и дочь Екатерина родилась в 1959-м. Ко времени рождения ребенка они уже определились с семейной иерархией — Дуров снимался в кино, настойчиво, с помощью Анатолия Эфроса, прогрызал себе путь к театральным вершинам. А Кириченко сосредоточилась на семье, хотя начинала карьеру в модном «Современнике».
Ревнивый муж
Собственно, так они и прожили всю жизнь. Дуров понемногу набирал фильмографию и популярность. Вслед за Эфросом он пришел в «Ленком», где, как потом жаловался, ему пять лет не давали нормальных ролей — худрук пытался справиться с театром и рассчитывал, что Дуров его поймет. Тот понял, пусть и не сразу, — даже написал заявление на увольнение, которое Эфрос порвал. Но, когда режиссер ушел в театр на Малой Бронной, Дуров оказался в числе тех десяти актеров, которых тот взял с собой. Это было в 1967-м — и в жизни Дурова началась ещё одна долгая история любви.
Впрочем, это в личной жизни у Дурова всё было относительно просто. Единственное, что омрачало его семейную жизнь, — это ревность. Повода Кириченко не давала, но Дуров всё равно ревновал, причем иногда доходило до курьезов — он мог выскочить из автобуса на ходу, чтобы выяснить, что издалека спутал свою супругу и совсем незнакомую женщину. Что любопытно, Кириченко, кажется, эта черта характера мужа не слишком тревожила — лишь в молодости она однажды всерьез обиделась; потом они, разумеется, помирились. Она, кстати, всё же ушла из «Современника», чтобы быть ближе к мужу и не давать ему поводов — работала и в «Ленкоме», потом и в театре на Малой Бронной. Не на главных ролях, но ей главные роли были и не нужны — она всю жизнь играла роль жены Льва Дурова, которого поддерживала во всех перипетиях его театральной судьбы.
Вместе с Эфросом и после
Театральная жизнь Дурова оказалась очень непростой — даже не учитывая первые годы, проведенные с Эфросом в Центральном детском театре и простой в «Ленкоме». Но каждое десятилетие на Малой Бронной оказалось не похоже на предыдущее, постоянно что-то случалось; пожалуй, только в семидесятые Дуров мог спокойно играть на сцене театра и не ввязываться в интриги. Хотя интриги были и тогда — тогдашний худрук Малой Бронной Александр Дунаев фактически разрешил Эфросу создать «театр в театре», а все вокруг только и ждали, когда режиссер, как волк Акела, промахнется. Этот момент случился в начале восьмидесятых — два подряд неудачных спектакля, интриги директора... Эфрос ушел в театр на Таганке, чтобы заменить уехавшего из страны Юрия Любимова, а Дуров остался на Малой Бронной, где началась чехарда худруков и режиссеров.
Дуров в этой чехарде тоже принял активное участие. В 1991-м театр возглавил «режиссерский дуумвират», в который вошел он и Сергей Женовач. Несколько лет они пытались совместно управлять коллективом и репертуаром, спорили, ругались... В 1996-м казалось, что победил Женовач, — но он через два сезона окончательно покинул театр. Пришел Андрей Житинкин, но он не смог ужиться с Дуровым и другими старыми актерами. И в 2003-м Дуров сам стал худруком — в прессе писали, что актерская стая с Малой Бронной выбрала себе вожака.
Вожаком он пробыл недолго — ушел через три года. Но, кажется, именно он остановил распад театра на Малой Бронной, о котором тогда писали очень много. В 2007-м худруком стал Сергей Голомазов, а Дуров остался в театре тем, кем и был, — режиссером, автором спектаклей и ведущим актером.
Собственный распад Дурова начался в 2011-м, когда ушла из жизни его супруга — они прожили вместе 57 лет, и он уже не мог представить себя без своей «второй половины». Тогда ходили слухи, что у актера появилась молодая любовница — но дочь Дурова, которая тоже продолжила семейную династию, опровергла все эти домыслы: мол, всего лишь помощница, без которой 80-летнему человеку очень непросто обходиться в быту. В 2013-м Дуров пережил новый удар — перелом шейки бедра, тяжелая операция и неутешительные прогнозы. Он справился и с этим, даже выходил на сцену... Но в августе 2015-го была очередная госпитализация — и горькие сообщения о смерти любимого миллионами артиста. С женой они похоронены на разных кладбищах: она — на Бабушкинском, он — на Новодевичьем, как народный артист СССР. Его дочь Екатерина скончалась в 2019-м; её похоронили рядом с отцом.