"Москва более не желает мириться с "замороженным" состоянием карабахского урегулирования"

- Как вы оцениваете прошедший вСанкт-Петербурге карабахский саммит президентовАзербайджана, России и Армении?

- На мой взгляд, встреча прошла настолькопозитивно, насколько объективно от нее можнобыло ожидать. Безусловно, за то малоевремя, которое прошло и с предыдущей встречи вВене, и с апрельских боев за Карабах,отбросивших дипломатическое решение конфликтаедва ли не к нулевой точке отсчета 1994 года.

Подготовить какой-то действительный прорывбыло невозможно - ведь если путь к этомудействительно существует, посредники, и впервую очередь сама Россия, воспользовалисьбы им двумя годами раньше, когда,напомню, после первых серьезных столкновений налинии фронта в течение нескольких месяцевпрезиденты Азербайджана и Армениивстречались трижды - в Сочи, на саммите НАТО и в Париже.

Тогда я писал, что при сохраненииподобной интенсивности переговоров выходурегулирования в практическуюплоскость будет неизбежен - однако атака армянскоговоенного вертолета на азербайджанские позициии его уничтожение остановилидипломатическую работу на долгое время.

Именно в связи этим первый позитивныйитог встречи на Неве - само ее проведение всегомесяц спустя встречи в Вене и два месяцапосле изменения статус-кво.

По аналогии спрежним негативным опытом можно былобы ожидать, что столь серьезные боевые действияв очередной раз затормозят переговорныйпроцесс - и на это, разумеется, рассчитывалаорганизовавшая провокационный обстрелазербайджанского мирного населения армянскаясторона.

Однако ситуация изменилась настолько, чтоожившая война, напротив, оживила и мирныепереговоры, стимулировав посредников кактивным действиям.

Проведение новой встречипод эгидой России так быстро -свидетельство того, что Москва более не желает мириться с"замороженным" состоянием нагорно-карабахскогоурегулирования, даже если в ближайшеевремя и не удастся выйти на конкретные шаги.

Второй позитивный итог - положительнаяоценка переговоров со стороны наиболеезаинтересованной в их прогрессе стороны,то есть Азербайджана.

Уже сам тот факт, что изБаку не было выражено ни малейшего неудовольствияот результатов встречи, говорит оналичии неизвестных для нас, но существенныхдля разрешения конфликта подвижек, чьесодержание было оставлено за пределамисогласованного заявления президентов.

Азербайджан сегодня находится напереговорах в сильной позиции, и его требования опереговорах по существу уже не могутбыть пропущены мимо ушей посредниками, так чтобакинская оценка этой и грядущих встречбудет наиболее ярким индикатором того, что насамом деле происходит за переговорным столом.

Третий позитивный итог, о котором,возможно, преждевременно говорить, - отсутствиетрадиционных постпереговорных провокаций состороны Еревана на линии фронта.

В первую очередь это означает, чтов Санкт-Петербурге президенту Сержу Саргсяну былоубедительно объяснено, что подобные действияотныне будут негативно сказыватьсяисключительно на армянской позициина переговорах, но никак не на их проведении.

Регулярные срывы переговоров поереванской инициативе были, пожалуй, ключевойдипломатической проблемой урегулированиянагорно-карабахского конфликта, ведь послекаждого из них приходилось начинатьпрактически с начала.

Возможно, апрельские бои заКарабах, изменившие столь многоев военном плане, положительно перезагрузили идипломатию, "разбудив" посредников.

Тем не менее, я не исключаюв ближайшие недели какого-либо обострения на линиисоприкосновения войск: оно уже не будетэффективным для достижения основной целиАрмении - сохранения статус-кво - номожет быть организовано просто в силувнутриполитических армянских причин.

- Многие эксперты верно назвали даннуювстречу критической для армянской стороны.

Якобы у президента Армении СержаСаргсяна уже не осталось возможности затягиватьразрешение конфликта. Как вы считаете,готова ли Армения уступить Азербайджануоккупированные раннее территории?

- Ни Армения, ни руководящий еюкарабахский клан во главе с президентом СержемСаргсяном, разумеется, на это не готовы.

Действительно, как я отметил выше, Ереван уже неможет через провокации затормаживатьпереговорный процесс, каждый раз отделываясь навстречах первым шагом к урегулированию -констатацией приверженности мирномурешению конфликта и режиму прекращенияогня (а затем нарушая эти договоренности - итак по кругу год за годом).

Однако из этого вовсе не следует,что Санкт-Петербургский раунд переговоров должен былстать решающим: даже если сейчасАрмения приступает к переговорам по существу, вестиих можно довольно долго до того, как придетсяначать выполнение первого пункта всехсуществующих официальных сценариев урегулированияконфликта - деоккупациитерритории.

Кроме военных способов затягивания переговоров есть же и дипломатические,и сейчас Ереван, скорее всего, начнет пользоваться ими, по двум причинам.

С одной стороны, как показалиапрельские бои за Карабах, Армения оказалась не только ввоенном плане, но и морально не готовак контрнаступлению Азербайджана и потере частиоккупированных территорий: отсюда и множественныеотставки среди высших военныхчинов, и поток противоречивых заявленийо содержании и значении этого поражения дляреспублики.

Уверенная в возможности бесконечногосохранения статус-кво Армения в настоящее времявынуждена в срочном порядке пересматриватьсвои представления о нагорно-карабахскомконфликте, вырабатывать новые планы,которые, скорее всего, уже будут связаны сдеоккупацией азербайджанских земель, иподготавливать военную инфраструктуру дляотступления войск.

Смена статуса-кво, как бы ни пыталисьпринизить ее значение в Ереване, в наибольшейстепени повлияла именно на армянскуюсторону: если Азербайджан просто подтвердил своислова делом, то Армения неожиданно для себяоказалась в совершенно новом мире, гдепобеда армянского оружия не гарантирована,а значит, и исход войны не определен.

Для того, чтобы понять, как житьв этом новом мире, республике, безусловно, потребуется время.

С другой стороны, Сержу Саргсяну, чьеположение сейчас стало весьма шатким, нужноуспеть сменить президентское кресло напремьерское либо на должность спикерапарламента, как он и задумывал,организуя конституционную реформу и проводявсенародный референдум о смененполитического строя в Армении на парламентскуюреспублику.

Не сомневаюсь, что он постарается затянутьпереговоры до парламентских выборов. К томуже, это укрепит позиции Армении напереговорах, поскольку в республике, фактически,исчезнет должностная фигура уровня президентаАзербайджана, и участникам процессаурегулирования придется вырабатыватьнекий новый формат ведения переговоров, какминимум - определить, с кем теперь нужнобудет говорить, если президент Арменииперестанет отвечать за что-либо в стране.

Как бы тяжело ни приходилосьЕревану, что на линии соприкосновения войск, что за столомпереговоров, его планы напродолжение оккупации азербайджанских территорий неменяются, так что армянская сторонав любом случае продолжит сопротивляться любомупрогрессу в урегулировании, даже если еевозможности теперь сильно ограничены.

В связи сэтим задача - не ослаблять усилиямеждународных посредников и не прекращатьдипломатическую работу по решению конфликта мирным путем.

- После апрельской "мини-войны"Азербайджан не станет отступать и если после этойвстречи не будет прогресса, военный сценарийможет стать реальностью. Как вы думаете,может ли Россия сегодня надавить на страну агрессора?

- Россия вполне способна оказать давлениена Армению и, скорее всего, она и так ужедовольно давно этим занимается.

Для России, находящейся в сложных политическихотношениях с Западом, сейчас как никогдаважно, чтобы на границах и среди соседей былокак можно больше стабильности и как можноменьше конфликтов.

Нагорно-карабахскийконфликт в связи с этим - проблема номеродин и цель номер один для работы Москвы постабилизации своего окружения: у нассодержательно позитивные отношения сАзербайджаном и закрепленные во многихдокументах союзнические связи с Арменией.

Это позволяет рассчитыватьна высокую эффективность наших посреднических усилий иожидать реального урегулирования в обозримой перспективе.

По факту, Россия находится вситуации примирения собственныхдрузей и желает их примирения. В связи с этимроссийская работа и по поиску компромисса,и по принуждению к этому компромиссу будетпродолжена с тем энтузиазмом и энергией,на которые мы способны, когда действительночего-то хотим.

Здесь только стоит отметить, что Москвавовсе не хочет терять ни одного друга, ни другого,поэтому, с учетом полнейшего нежеланияЕревана сдавать позиции, процесс будет идтиболее трудно и медленно, чем если бы речьшла об урегулировании конфликта в отдаленных,слабо связанных с Россией исторически странах.

- Учитывая последние события, как высчитаете, стоит ли ждать до конца года какого-топрогресса в разрешении данной проблемы?

- В свете всего вышесказанного стоит ещераз отметить, что прогнозы затруднены тем, чтомы многого не знаем: ни того, о чем говорилив Санкт-Петербурге президенты за пределамиопубликованного заявления, ни того,какой новый план выработает в ближайшее времяАрмения.

Сейчас, действительно, развернется битва дипломатов,и пока не совсем понятно, удастся лиЕревану не проиграть в ней (победить врядли) в течение удобного ему срока. Будемнадеяться, что не удастся и движениеначнется.

Тогда, конечно, стоит ожидать перемен и всамой Армении, возможно, вплоть до смены власти,поскольку на оккупации Карабахапостроена вся власть карабахского клана в республике.

Однако не стоит забывать, что Саргсянаи его единомышленников неспроста называют"партией войны" - им привычнеепродолжение военных провокаций, и они вновь могутприбегнуть к ним, потому что другого не могут.

В таком случае прогресс будет в военномотношении, а не дипломатическом.