Комментарий к докладу Управления Верховного комиссара ООН по правам человека «О ситуации с правами человека в Украине»
Управление Верховного комиссара ООН по правам человека (УВКПЧ) предоставило «Доклад о ситуации с правами человека в Украине» за период с 16 августа по 15 ноября 2017 года (далее – Доклад).
В документе собраны факты законодательных изменений в Украине, а также отмечены проблемы в соблюдении прав на жизнь, свободу, безопасность, личную неприкосновенность и отправление правосудия граждан, проживающих как в Украине, так и на не подконтрольных ей территориях.
Особый интерес представляет раздел «Территория, которая контролируется вооружёнными группами» в части, касающейся деятельности судебной системы в ДНР. Данный раздел содержит не соответствующие действительности доводы о том, что «на территории, контролируемой вооружёнными группами, по-прежнему отсутствовала возможность достичь правосудия и жители не имели эффективной защиты своих прав». Кроме того, авторы Доклада выражают недовольство по поводу рассмотрения уголовных дел о шпионаже и государственной измене в закрытых заседаниях без сторонних обозревателей и независимых международных наблюдателей. При этом УВКПЧ «обеспокоено тем, что за закрытыми дверями лица, задержанные в связи с конфликтом, «признаются виновными» и получают суровые «приговоры» без обращения к эффективному средству правовой защиты».
В связи с этим Верховный Суд поясняет, что в соответствии с Постановлением Совета Министров Донецкой Народной Республики от 02.06.2014 № 9-1 (с последующими изменениями и дополнениями) на территории Донецкой Народной Республики действуют законы Украины в части, не противоречащей Конституции Донецкой Народной Республики, Декларации о независимости Донецкой Народной Республики и принятым нормативным правовым актам Донецкой Народной Республики. В соответствии с вышеуказанным Постановлением на территории Донецкой Народной Республики действует Уголовно-процессуальный кодекс Украины от 28.12.1960. В ходе рассмотрения уголовных дел судами Донецкой Народной Республики обеспечиваются права подсудимых, гарантированных этим кодексом.
Что касается рассмотрения уголовных дел о шпионаже и государственной измене в закрытых судебных заседаниях, то такой порядок предусмотрен статьёй 20 Уголовно-процессуального кодекса Украины 1960 года. Кроме того, данной правовой нормой не предусмотрено присутствие в закрытых судебных заседаниях сторонних обозревателей и независимых международных наблюдателей.
В пункте 81 раздела «Территория, которая контролируется правительством» авторы Доклада выражают настороженность по поводу вынесения Верховным Судом Донецкой Народной Республики второго смертного приговора, ссылаясь на установленные международным правом жёсткие условия для применения смертной казни. При этом приходят к явно надуманному выводу о несоответствии судов Донецкой Народной Республики нормам международного права и недопустимости вынесения судами Донецкой Народной Республики смертных приговоров.
В действительности же часть 1 статьи 12 Конституции Донецкой Народной Республики предусматривает, что в Донецкой Народной Республике признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Донецкой Народной Республики. Следовательно, и суды Донецкой Народной Республики функционируют в строгом соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права, а значит, имеют право выносить смертные приговоры.
Более того, недоумение авторов Доклада вызвал смертный приговор в отношении подсудимого, признанного судом виновным в изнасиловании и убийстве малолетней девочки.
В то же время авторы Доклада продолжают фиксировать факты, свидетельствующие о невозможности осуществления справедливого и беспристрастного правосудия на всей территории, подконтрольной украинскому правительству.
Так, в пункте 71 авторы Доклада информируют об освобождении военнослужащего Государственной пограничной службы, который был осуждён украинским судом первой инстанции за убийство гражданского лица в 2014 году и приговорён к 13 годам тюремного заключения. Освобождение этого военнослужащего произошло в результате оказанного давления на суд, которое выразилось в широкой информационной компании политических деятелей в поддержку осуждённого, исказившей факты дела; требованиях народных депутатов к СБУ о расследовании в отношении судей первой инстанции на предмет их связей с ополченцами Народных Республик; публичном заявлении президента Украины П. Порошенко в поддержку осуждённого.
В пункте 77 авторы Доклада приводят другие факты оказания давления на судей и вмешательства в деятельность судебной власти в делах, связанных с конфликтом. О преследованиях со стороны «гражданских активистов» УВКПЧ сообщил судья Зареченского районного суда города Сум. Жертвой преследования этот судья стал за вынесение оправдательного приговора бывшего сотрудника службы безопасности, обвиняемого во вступлении в ряды ополчения. Оправдательный приговор был вынесен ввиду отсутствия признания Донецкой Народной Республики террористической организацией и недопустимости доказательств, полученных под принуждением.
В этом же пункте авторы Доклада сообщают о том, что под следствием оказался судья после вынесения оправдательного приговора бывшему начальнику Краматорской городской полиции, который обвинялся в оказании поддержки ополченцам Народных Республик. Также, под следствием прокураторы Донецкой области оказались судьи Селидовского городского суда Донецкой области за поданную в Высший совет правосудия жалобу касательно вмешательства в их деятельность сотрудников прокуратуры Донецкой области в делах, связанных с конфликтом.
Вышеуказанные факты в очередной раз свидетельствуют о превращении украинской судебной системы в придаток репрессивно-карательной машины Украины в лице службы безопасности Украины и украинской прокуратуры.
Вместе с тем хотелось бы отметить конструктивную направленность ряда содержащихся в докладе рекомендаций, в частности, относительно поддержания режима прекращения огня, прекращения артиллерийских обстрелов населённых пунктов, прекращения всей военной деятельности вблизи гражданской инфраструктуры и объектов, критически необходимых для выживания гражданского населения.