Войти в реку времени…
Выставка «Река времени» открылась в галерее банка Rietumu: Татьяна и Валерий Гончаровы привезли свою графику, живопись, керамику и образцы изготовленных ими глиняных изделий и музыкальных инструментов, история которых восходит к незапамятным временам.
Старина русская и не только
Таких произведений видеть очень давно не приходилось. На полотнах и графике, на глиняных вазах и композициях причудливые, как будто воспроизводящие наскальные рисунки, знаки, символы и изображения, а с другой стороны — что–то очень народное, очень наше, узнаваемое на генетическом уровне, то, что от предков. Такое воссоединение всеобщего, вселенского и русской народной старины.
Даже название какие: «Сумерки. Суздаль», «Старый город. Рига», «Лев и птица», «Купола», «Вечернее настроение», «Птичий глаз», «Приносящая сны», «Ожидание»…
Валерий родом из Новосибирска, Татьяна — из Ярославской области. Оба живут сейчас между Суздалем и Ригой, соединяя традиции, города и времена.
Мифы и символы
— Наше творчество — попытка синтеза духовного народного искусства и современного мировосприятия, — поясняют Татьяна и Валерий. — Попытка ответить на вечные вопросы, рассматривая развитие нашей цивилизации во времени. Обращаемся к древней мировой культуре, вдохновляясь поэтическими образами мифов и сказаний. Разговариваем со зрителем на языке древних мифов, символов, знаков, иероглифов и пиктограмм.
И — парадокс, а может, и нет! — оказалось, что именно этот язык очень созвучен современному миру, стремительности и непредсказуемости сегодняшней жизни. И в то же время нам близки художники–символисты, кубисты ХХ века: Клее, Миро, Пикассо, Тамайя и даже образцы живописи австралийских аборигенов.
Все это дает и цвет, и фактуру, и сюжеты. Чтобы лучше выразить наши идеи, применяем разные техники и материалы: аппликацию, монотипию, темперу, масло, линогравюру, акрил, тушь; фломастером иногда рисуем, в смешанной технике делаем работы.
Валерий по образованию архитектор и художник, Татьяна — график и дизайнер. Откуда же тогда гончарное мастерство супругов, на которое удивительным, мистическим образом указывает и их фамилия?
— Мы не керамисты, и эти кувшины и вазы, украшенные рисунками, родом из наших плоскостных работ, — говорит Татьяна. — Мы ведь не работаем с гончарным кругом — «гончарка» задает определенную геометрию, симметрию, работы получаются отцентрованными, и нам это скучно. А у нас другая техника, мы «нанизываем» керамические слои, такие «колбаски» друг на друга, — потому и форма у наших изделий такая замысловатая, они пластичные. Валера специально изучает орнаменты разных эпох, народов и традиций, которые наносятся на изделия.
Глиняные окарины
— Можно по–разному эту глину и шамот формировать, — продолжает Валерий. — В одну сторону, другую, так пошел, эдак… Потом, конечно, идет техника обжига, применяем эмали, лазури, оксиды металлов. Получаются такие декоративные вазы с солярными (солнечными) знаками. Идолы и каменные бабы — это и история человечества, и изначальные работы детей. Это потом их заставляют писать натюрморты и пейзажи.
А здесь — глиняные игрушки, свистульки, на которых играли на ярмарках, народных праздниках. Мы все эти древние игрушки изучаем, анализируем искусство седой древности.
Что просто поразило мое воображение — древний музыкальный инструмент окарина в разных вариантах. У Гончаровых в экспозиции красовались окарина–корова и окарина по мотивам вида Дмитриевского собора.
— Окарине уже более 12 000 лет, — поясняет наш гость. — Это древний духовой музыкальный инструмент, свистковая флейта, которая появилась в Китае и была известна в доколумбовой Америке. А в Италию пришла аж в XIX веке. Нам удалось воссоздать ее прообраз.
И Валерий Гончаров заиграл на своем диковинном гончарном изделии, зажимая просверленные в нем дырочки пальцами, — мелодия получилась настоящая, звучная. Взял в руки свистульку, предлагая подудеть всем, кто захочет. И на окарине сыграть.
Татьяна и Валерий выставляются по всему миру, а их работы хранятся и в музеях, и в частных коллекциях разных стран, на всех континентах Земли. Так что спешите видеть.
Наталья ЛЕБЕДЕВА.
Фото Андрея ШАВРЕЯ.